Путь к центральному шару, где располагался источник энергии, перегородила длинная тень. По вискам пробежала легкая щекотка, которая лишь больше разозлила девушку.
— Да отвали ты! — вместо заклинания гаркнула Риана и отмахнулась от толлиба, как от надоевшей мошки. Тень плавно скользнула в сторону, потеряв к девушке всякий интерес.
— Калидас! — прозвучало за спиной, и Риана тут же упала на землю, извиваясь от боли.
Казалось, тысячи ножей пронзают ее тело, а затем невидимые тиски выкручивают суставы. Она кричала, кричала что было мочи, до хрипоты, и сама не слышала своего голоса, потому что все мысли были только о боли, охватившей каждую клеточку ее тела.
— А по виду и не скажешь, что вырожденка, — заметил мужчина в маске, снимая свое заклинание. — Видимо, твои родители заупрямились воле господина Рагана, но ты ведь им объяснишь, на чью сторону следует встать?
В глазах все плыло. Смазанный силуэт мага приблизился к Риане, но его голос доносился будто сквозь вату.
— Или мне лучше еще раз все истолковать? Что скажешь? — кривовато улыбнулся волшебник, склонившись над девушкой.
Контуры становились четче, хотя способность ясно мыслить вернулась не до конца.
— Амико Рерум, — прохрипела Риана, вытянув вперед руку.
Мужчина, явно не ожидавший беспалочковой магии, со слабым стоном рухнул на пол. Воспользовавшись моментом, Риана вытолкала его наружу сквозь пробитую брешь и, с трудом встав, проковыляла дальше. Кто бы мог подумать, что легчайшее заклинание дружбы, насылающее те же чувства, что совсем недавно испытывал заклинатель, принесет такую помощь. Получается, мага сразило его собственное заклятье.
Пройдя еще два пустых шара и достигнув цели, Риана без сил опустилась на пол. Нащупав левой рукой склянку с Аналептическим зельем, молодая волшебница выпила залпом все ее содержимое. Вместе с новыми силами к Риане пришло и неожиданное решение. Она крепче сжала палочку, покрытую рунами. Ну конечно, это ее самое первое заклинание, выполненное с помощью волшебной палочки, все должно сработать, просто обязано!
Пять минут давно прошли, все уже должны быть в «Лунной бабочке». На всякий случай девушка выглянула наружу: студентов вокруг не было, только люди в балахонах и масках, обстреливающие цепочку из коконов заклинаниями. Нападающие не особенно стремились проникнуть внутрь. Видимо, их целью и правда было не столько навредить студентам, сколько их напугать. Риана повернулась к лунному кристаллу, от которого к куполу шли сияющие нити-лучики, и увереннее перехватила палочку. У нее есть только один шанс. Все получится, должно получиться!
— Поритус!
Палочку охватило голубое свечение, которое плавно перетекло на кристалл, а затем поползло по исходящим от него нитям. Мягкие волны магии понеслись по магической сетке голубой волной, пока не окутали всю гирлянду транспортных шаров волшебным ореолом, заставив людей снаружи на мгновение прекратить обстрел и в недоумении замереть. Этого мгновения было достаточно, чтобы «Бабочка», в последний раз вспыхнув чарами, исчезла в ночной тьме.
Глава 20
Зачисление
Ледяной холод. Он не дает пошевелиться, сковывая руки и ноги. Никаких мыслей в голове, только ощущение бесконечного холода, проникающего под одежду, пробирающегося в легкие, заполняющего тебя изнутри. Сначала он колючий и причиняет боль, из которой хочется вырваться… Но скоро ты понимаешь, что сопротивляться этой силе бесполезно, ты смиряешься и засыпаешь в его объятьях, чтобы никогда не проснуться… Бездна, как же холодно…
— Калидас!
Зал снова наполнился криком. Мольбы человека, извивающегося на каменном полу, снова не были услышаны.
— Калидас!
Новая волна боли. Еще немного — и он просто сойдет с ума. Но так будет лучше, потому что уже нет сил терпеть эту пытку.
— Мой господин, — с трудом прохрипел мужчина, когда его мучитель наконец отвел волшебную палочку, — мы не знаем, кто это был. Прошу, пощадите…
— Не знаете? — прошелестел тихий голос Рагана. — Это очень плохо, Менфирд. Ты снова провалил мое задание, хотя я предупреждал, что это твой последний шанс.
— Повелитель… — прошептал светловолосый мужчина и попытался подняться на колени. Ноги отозвались чудовищной болью и он, слабо застонав, распластался перед главой Свободного Альянса. — «Бабочка» просто исчезла у нас на глазах. Там не было никого, кроме студентов, никаких стражей, я…