В юридической компании ей отказали, несмотря на удачное прохождение адаптационного периода. Язык Питона пришлось бросить не из-за его ядовитости: слишком быстро заканчивались средства для существования, и не хватало времени на обучение.
Последнее время Надя трудилась курьером, что в столице довело бы до нервного срыва даже Арнольда Шварценеггера.
В некотором смысле девушка чувствовала себя Терминатором, ведь оставался лишь один вариант, до которого она додумалась, хорошенько оглянувшись вокруг.
Восемьдесят четыре тысячи долларов не заработаешь доставками и и не увидишь на счету в конце года, даже если станешь разработчиком или тестировщиком.
Единственное, что она умела делать отменно, — это шить, но даже курьером гонять по всему району оказалось выгоднее, чем брать заказы на пошив. Надя оставила любимое занятие в статусе подработки, теша себя мыслью, что теперь-то она точно не ослепнет к сорока годам.
Восемьдесят четыре тысячи долларов точно были лишними в руках какого-то незнакомого мужчины, и он ещё не догадывался, что Надя положила них глаз.
У мужчин в целом водилось намного больше денег, чем у женщин.
И Надя не собиралась идти на панель, так как попросту боялась, что стукнет раздражающего клиента чем-то тяжёлым по голове. И уж спать-то с ним точно не будет.
Вряд ли клиент и захочет, потому что после разгрома его башки она бы оказалась в тюрьме или могиле.
Немного рановато для двадцати трёх лет.
Надя живёт в доме, где и познакомилась с Дианой Фрезь, которая некоторое время проживала у Серафимы Филипповны. После того, как художница съехала к мужу, старушка позвала Надю занять свободную комнату безвозмездно, но Надя боялась, что это её слишком расслабит.
Сегодня, когда она возвращается домой после вечеринки по поводу открытия арт-галереи, Надя жалеет о том, что отказалась, так как Ужасная Женщина из соседней комнаты по коммуне опять перекрыла воду и спрятала ключ.
Вот и уплыли её мечты постоять под потоком горячей воды и тщательно обдумать произошедшее в подсобке.
Не то чтобы Надю было тяжело впечатлить, но этот Везувий…
… он ей под кожу прямо забрался своим застывшим угрюмым взглядом.
Не говоря уже о том, что засос на запястье саднит и действительно напоминает.
И почему это он даже не взглянул на меня, когда я разделась?
Между прочим, он сам предложил ей оголиться.
Она жалеет о том, что сразу находит информацию о нём в поисковике. Если бы прочитала позже, то хоть успела бы чуть помечтать.
Его зовут Везувий Родин, он известный коллекционер и безумно богатый. А ещё он проживает во Франции и редко здесь бывает.
А, понятно.
Она даже не продолжает читать и открывает банковское приложение.
Белые цифры на лазурном квадрате всё ещё подтверждают, что Надя — обладательница ста восьмидесяти четырёх тысяч долларов.
Служба поддержка банка работает круглосуточно, но Надя столь расстроена прочитанным, что решает отложить звонок на завтрашнее утро.
Конечно, Везувий богатый и, наверное, вдоволь повеселился за её счет.
Ну и пусть живёт во Франции, там ему и самое место.
— // —
Банковский консультант на линии будет вынужден обратиться к отоларингологу, но а как Наде молчать, если эти чёртовы цифры в приложении оказываются реальными?
Впрочем, Надя могла бы стать старшим партнёром в профсоюзе отоларингологов, так как к концу дня она узнаёт, что просто оплатить операции теперь недостаточно. А врач, объясняющий это опечаленной внучке, знакомится с мощью её голоса поближе.
Хирург, специализирующийся на подходящих операциях на сердце, переехал в долбаный Сингапур.
А вторым специалистом в мире является врач из Франции, чья практика привязана к государственной больнице.