Повисло молчание.
– Нет, – ответила Никейл.
– Вы откроете, – спокойно сказала командор. – Или я застрелю светлость Аскольд.
Доспехи на бедре открылись, и командор вытащила что-то. Пистолет. Ингрей совсем не разбиралась в оружии, видела его лишь в приключенческих сериалах. Черный пистолет с маленьким круглым отверстием на конце ствола, которое было еще чернее. Канал, вспомнила она. Так называлась эта часть, из которой обычно вылетала пуля. Ингрей не могла отвести глаз от отверстия, смотрящего на нее в упор. Все остальное показалось вдруг далеким и нереальным. Слезы затуманили взгляд, покатились по щекам.
Совсем одна.
– Встали все, быстро! – скомандовала Хатквебан. – Сейчас все вместе подойдем к витрине, светлость Тай откроет ее и достанет «Отказ от обязательств».
– Зачем? – спросила Ингрей.
– Затем, что омкемцам пора убираться отсюда прямо сейчас, прежде чем кто-то поймет, что случилось с послом Гек, – ответило ей пролокутор Дикат.
– Выполнять приказ! – сказала командор. – Встать!
Ингрей судорожно вздохнула и поднялась. Ноги ее не держали. Весь тот ужас, что она испытывала раньше, когда договаривалась о сделке, чтобы вытащить Гарал из «Милосердного устранения», и боялась, что не сможет улететь с Тир Сииласа и вернуться домой, когда Данак пытался убить ее ковшом, и даже путешествие в открытом космосе в одном скафандре – все это не могло сравниться с тем, что она переживала сейчас, глядя на ствол пистолета и человека, собиравшегося убить ее. Ей хотелось свернуться на полу калачиком и зарыдать. Или закричать и убежать отсюда.
«Не поступайте опрометчиво» – так сказал Ченнс.
Она не могла позволить себе расплакаться. Да и бежать было бессмысленно. Все равно нет гарантий, что ее не убьют. Ингрей проглотила горький комок и постаралась замедлить дыхание, чтобы спросить пролокутора, не нужна ли ему помощь.
Ингрей хотела вытереть слезы рукой, но мысль, что командор поймет ее неправильно и начнет стрелять, окончательно добила ее.
Никейл, все еще сидевшая на полу, снова захныкала.
– Вставай уже, глупая девчонка! – рявкнуло пролокутор Дикат. – Вставай и открой чертову витрину!
– Пролокутор, – дрожащим от слез голосом проговорила Ингрей. Ей казалось, что все это происходит не с ней, а с кем-то другим и она видит себя со стороны. – Не нужно кричать. Нам всем сейчас тяжело. Вам нужна помощь, чтобы встать?
Пролокутор злобно посмотрело на нее, но оперлось на руку. Беззвучно рыдая, Никейл поднялась на ноги.
– Идемте, – сказала командор, и они направились к витрине. Ингрей и Никейл шли по обе стороны от пролокутора, за ними следовал мех-охранник.
В нескольких метрах от выставочной витрины командор Хатквебан приказала им остановиться.
– Светлость Тай.
Никейл вытерла глаза рукавом и неуверенно шагнула вперед. Командор схватила Ингрей за руку и приставила ствол к ее виску. Ингрей заледенела от ужаса. Даже вздохнуть не могла. Никейл пробежалась пальцами по диюритовому постаменту, на котором стояла витрина, затем положила раскрытую ладонь в углубление. Спустя секунду на прозрачной передней панели появилась трещина, она раскрылась на две части и разъехалась в разные стороны.
– Вытащи документ и сверни его в рулон, – приказала командор Хатквебан.
Никейл повернулась к ней с возмущенным видом.
– Он ведь получит серьезные повреждения! Ему же сотни лет, это…
– Вытащи, – повторила командор голосом, не терпящим возражений. – И сверни в рулон.
– Даже если и получит, тебе-то какая разница? – нетерпеливо сказало пролокутор Дикат. Оно стояло рядом с Ингрей и все еще опиралось на ее руку.
– Я помогу, – вызвался светлость Ченнс и, нагнувшись, положил шлем на пол. Шагнул к Никейл, чтобы поддержать длинный широкий холст.
Вдвоем они быстро сняли его со стенда, постепенно скатывая в рулон с большой осторожностью. Они еще не успели дойти до конца, как ткань под собственной тяжестью разошлась сантиметров на шесть у самого края. И еще в двух местах появились небольшие разрывы. Закончив, Ченнс оставил плачущую Никейл у пустой витрины, а сам с «Отказом» направился к меху, стоявшему в центральном зале.
Открыл широкую боковую панель, и Ингрей заметила с отстраненным удивлением, что ее шпилек там нет. Наверное, это был другой мех, для нее все они выглядели одинаково, но командор, видимо, их все-таки как-то различала. Ченнс попытался запихнуть рулон внутрь, но он был слишком длинный, и тогда этнограф загнул его с одного конца. Увидев это, Никейл тяжело охнула. Потом панель закрылась.