Верхний уровень был зеркальным отображением нижнего. Внизу на Хвай он служил входом, и вдоль изгибающегося коридора, покрытого коричневыми панелями, не было ни магазинов, ни ресторанов, ни кают. Лишь голые стены и двери с табличками «Запасный выход», «Только для персонала» и «В случае разгерметизации раздастся сигнал сирены». Ингрей всегда полагала, что после начала подъема тут никого не бывает. Но, судя по брошенному багажу и свернутым одеялам, здесь размещались пассажиры, не имевшие возможности купить место в каюте или не желавшие платить лишнее.
Некоторые все еще сидели с распакованными вещами и совершенно не собирались спускаться. Другие прогуливались по пустому коридору, разминая затекшие ноги. Ингрей и Гарал, стараясь вести себя не слишком подозрительно, сделали полный круг, паук-мех бежал за ними следом, проверяя двери. Тик наконец определился и выбрал нужную в одном из рукавов коридора, но мимо то и дело проходили другие пассажиры. Минут пять беглецы топтались у двери, надеясь, что удастся выкроить хотя бы секунд десять без посторонних взглядов, наконец Тик сказал:
– Ладно, придется пойти на крайние меры. Я останусь здесь, чтобы прикрыть вас.
Ингрей хотела возразить, но поняла, что другого случая может и не представиться. В конце концов, это же просто мех, а не Тик. Сам Тик в безопасности, где-то на корабле.
– Обо мне не беспокойтесь, – сказал Тик. – Держите на всякий случай.
Паук-мех отрыгнул блестящий черный комок и передал его Гарал.
– Если я не вернусь, прикрепи это к контрольной панели воздушного шлюза. Должно сработать.
– Что ты собираешься сделать? – спросило Гарал.
Вместо ответа паук-мех развернулся и ушел на четырех задних ногах, угрожающе размахивая клешнями. Он уставился полудюжиной глаз на проходящего мимо пассажира и просвистел:
– Ты смотришь? На что ты смотришь? Я тоже смотрю! Разве я еда? А может, это ты – еда?
Пассажир тут же ретировался, паук-мех уставился на второго.
– И ты тоже? Тоже смотришь?
Спустя минуту в рукаве коридора никого не осталось.
– Поторопитесь, пока кто-нибудь не вызвал охрану, – прошептал Тик, ненадолго вернувшись к ним.
Он отошел на несколько метров и прислонился к двери, затем сплющился и растекся по всей поверхности, лишь табличка со словами «Только для персонала» просвечивала сквозь желеобразное тело. Ноги куда-то исчезли, глаза на стебельках повылезали в разных местах. Ингрей сдержала невольную дрожь, когда тело меха снова сгустилось и приняло форму, но теперь это был не совсем паук.
– Пора, – сказал Тик, когда дверь приоткрылась. – Мои остальные мехи еще сюда не добрались, поэтому, возможно, нам придется подождать…
Послышались шаги и голоса: «Оно было прямо тут, офицер».
– Идите! Скоро увидимся!
Гарал схватило Ингрей за локоть и утащило в нужную дверь как раз тогда, когда паук подскочил к охраннику, появившемуся в конце коридора.
– Ты! – просвистел паук-мех, размахивая тремя когтями, глаза его угрожающе вращались в разные стороны. – Я тебе пожалуюсь!
Дверь закрылась, щелкнул замок, Ингрей с Гарал оказались в мрачном тихом служебном проходе.
– Мы не можем долго стоять и ждать, даже здесь, – сказало Гарал.
Ингрей глубоко вздохнула, чтобы успокоиться. У нее кружилась голова то ли от мысли, что придется выбраться на корпус подъемника, то ли от того, что пару минут назад Токрис ее поцеловала. Она и сама не знала почему.
– Я понимаю. Пошли.
Они довольно быстро обнаружили воздушный шлюз и углубление в стене со скафандрами и шлемами. Спустя несколько минут, полных страхов и разочарований, они перебрали все защитные костюмы, но не нашли такого, который подходил бы Гарал.
– Начни проверку своего, – сказало оно. – А я пока поищу у другого шлюза.
Спустя пять минут оно вернулось, волоча за собой скафандр.
– Твой в порядке? – тихо спросило оно.
– Да.
Ингрей только что закончила проверку. И тут ее охватил ужас. Теперь же придется надеть скафандр, еще раз все проверить, а затем выйти наружу, где между ней и вакуумом будет лишь тонкая скорлупа защитного костюма! Ей уже доводилось это делать. Ее, правда, стошнило тогда прямо в скафандр, но экзамен она все-таки сдала. Чисто теоретически она была достаточно подготовлена для того, чтобы выйти в безвоздушное космическое пространство. Где, допустив малейшую ошибку, можно умереть.