И лечь в постель.
Проснулся я около трех часов дня от телефонного звонка.
— Мистер Гарбер?
— Хм?
— Мистер Гарбер, это Рона Ведмор.
Я пару раз моргнул и взглянул на часы, пытаясь прийти в себя.
— Здравствуйте, — сказал я. — Как вы себя чувствуете?
— Со мной все хорошо. Я еще в больнице. Но минут через пять меня отпустят домой. Звоню сказать, что вы самый бестолковый, самый тупой, самый слабоумный тип на свете. Спасибо вам.
— Пожалуйста. Какие новости о Даррене Слокуме?
— Он все еще в отделении интенсивной терапии, но, думаю, скоро пойдет на поправку. — Она сделала паузу. — Хотя, возможно, ему еще придется пожалеть, что он выжил, когда наши ребята возьмутся за него.
— Похоже, его ждут большие неприятности, — предположил я.
— Он приехал к Мортонам с Соммером.
Да, Слокум понял: ветер переменился или случилось еще что-нибудь в этом роде.
— Вам не удалось получить еще какие-нибудь сведения? О моей жене? Или жене Даррена?
— Мистер Гарбер, мы по-прежнему многого не знаем. Соммер мертв и уже ничего нам не расскажет. Но в любом случае он был мерзким ублюдком. Пока трудно делать выводы, но я не удивлюсь, если он окажется причастным к смерти вашей жены и гибели миссис Слокум. У нас есть основания подозревать его также в убийстве частного детектива Артура Твейна в отеле «Джаст инн тайм».
Я сел на кровати и откинул одеяло.
— Артура Твейна?
— Совершенно верно.
Эта новость меня ошарашила.
— Не знаю, мог ли Соммер сделать это, — начал я, — но, учитывая, что он был за человек, не исключено, именно он и убил Шейлу. Напоил ее и посадил в машину, зная, что рано или поздно кто-нибудь с ней столкнется.
Ведмор молчала.
— Детектив?
— Я здесь.
— Мои слова кажутся вам неубедительными?
— Соммер стрелял в людей, — проговорила Ведмор. — Это был его излюбленный метод убирать тех, кто вставал у него на пути. Он никогда бы не стал сочинять столь сложный способ убийства, о каком вы говорите. — Она сделала паузу. — Поверьте, мистер Гарбер, я не хочу проявлять неуважение, но, вероятно, вам придется смириться с официальной версией гибели вашей жены. Я знаю, это нелегко, но иногда бывает трудно принять правду.
Теперь наступила моя очередь замолчать.
Я смотрел в окно на большой вяз, росший у нас во дворе. На нем осталось лишь несколько листьев. Через несколько недель его заметет снегом.
— В любом случае я позвонила лишь для того, чтобы поблагодарить вас, — поставила точку Рона Ведмор.
Я сидел на кровати, спрятав лицо в ладони. Возможно, именно так все и должно завершиться. Люди умирали, а их секреты — вместе с ними. Я получил ответы лишь на некоторые свои вопросы, но далеко не на все.
Возможно, это был мой предел. Возможно, все уже закончилось.
Глава пятьдесят пятая
Я позвонил Келли.
— Сегодня я заберу тебя.
— Когда? Когда ты приедешь?
— Вечером. Сначала мне нужно кое-что сделать.
— Значит, теперь дома безопасно?
Я сделал паузу. Соммер погиб. Слокум в больнице. И я выяснил, кто стрелял в окно. У меня больше не оставалось причин для волнений.
— Да, солнышко. Дома безопасно. Но я должен тебе кое-что сказать.
— Что?
В ее голосе я услышал тревогу. Бедная девочка. Она, наверное, жила в ожидании новой беды.
— Это касается папы Эмили. Его ранили.
— Что случилось?
— В него стрелял плохой человек. Но думаю, с ним все будет в порядке, только некоторое время ему придется провести в больнице.
— А плохого человека, который в него стрелял, поймали?
Возможно, Келли узнает эту историю. Если не от меня, то от кого-то еще. Однако в тот момент я не видел необходимости посвящать ее в детали. Поэтому просто сказал:
— Да.
— Он умер?
— Да.
— В последнее время умерло много людей, — вздохнула Келли.
— Думаю, теперь больше такого не повторится.
— Я знаю, почему папа Эмили не умер.
Ее слова застали меня врасплох.
— Почему же, милая?
— Потому что Бог не позволит, чтобы девочка потеряла и маму, и папу. Иначе за ней некому будет присматривать.
— Никогда не думал об этом.
— С тобой ведь ничего не случится, правда? Ничего?
— Со мной все будет хорошо, — заверил я. — Потому что самое главное для меня — это ты.
— Обещаешь?
— Обещаю.
Я побродил по дому. Сварил кофе, приготовил немного хлопьев с молоком и взял газету, которая уже несколько часов лежала без дела на крыльце. Там даже не упоминалось о событиях прошлой ночи. Возможно, информация просто не успела попасть в утренние новости. Скорее всего ее уже выложили в Интернете, но у меня не было сил проверять это.