— А я и не скрываю, что хожу туда. Да и муж знает об этом. Но о чем просил меня бек, ни за что не скажу. Спроси у шейха. Бек и его вызывал.
Но в конце концов Занубия не выдержала и все рассказала.
Прощаясь, Ум-Омар попросила Занубию узнать у шейха, о чем говорил с ним бек, и та пообещала.
Прошла неделя после железнодорожной катастрофы в Ум-Ражиме. Крестьяне продолжали свозить чечевицу на тока. Рашад-бек уехал в район Абу Духур, где Мамун-бек давал ужин в честь французского советника из Алеппо и его друзей. Туда же приехали Сабри-бек, Ахсан-бек, советник и мадам Марлен с двумя дамами — Гладис и ее матерью Ум-Жискар, женой директора банка в Бейруте. Немного погодя появились жены начальников станций Абу Духур и Хамдания.
Гости расположились на матрацах, покрытых шелком, и пестрых подушках, которые были разложены на мягких восточных коврах. Гостей развлекали цыганки.
Время от времени мадам Марлен, наклоняясь к советнику, шептала:
— Близится намеченный срок. Решится ли Шарль выполнить то, что задумано? — Спрашивая, она улыбалась и хлопала в ладоши в такт песням, чтобы никто ничего не заподозрил.
— Все будет в порядке, — успокаивал ее советник. — Я провел соответствующую подготовку. Шарль — дисциплинированный офицер, не подведет. Так что веселись и ни о чем не думай.
Всякий раз, как только цыганка запевала новую песню, советник тут же стрелял в воздух и восторженно выкрикивал:
— Да здравствует Франция, да здравствует де Голль!
После вечерней молитвы шейх, как обычно, пошел к Занубие. Сразу видно было, что он чем-то озабочен. Он то и дело пересаживался с места на место, нервно потирал руки и восклицал:
— Нет силы, кроме аллаха! Спаси нас, аллах, от шайтана!
— Что с тобой? — встревожилась Занубия, когда шейх попросил принести чаю. — Да ведь он перед тобой.
— Лучше не спрашивай, — ответил шейх. — Задал мне бек задачу. Выполнить ее не могу, а ослушаться его нельзя.
— Что же он от тебя хочет? — спросила Занубия с таким видом, будто ничего не знает. — Может, дело касается Ибрагима или еще кого-нибудь из крестьян?
— Нет, здесь другое. — Шейх покачал головой. — Вот ты, пожалуй, могла бы взяться за это дело.
Занубия принесла свежий чай, села поближе к шейху и сказала:
— Мы друзья с тобой, и нам нечего друг от друга скрывать. Выкладывай все начистоту, а я постараюсь тебе помочь.
Шейх огляделся, нет ли кого поблизости, и зашептал:
— Слушай… Бек велел мне уговорить Софию утром прийти к нему в дом. До чего дожил шейх Абдеррахман! На старости лет его хотят сделать сводником! А я ведь никогда не имел дела с женщинами. Вся деревня знает об этом. Трудно даже представить, как подступиться, к Софие. Ее родственники, если разузнают, с чем я пришел, изобьют меня. Я потеряю уважение всех жителей деревни.
— Успокойся, — сказала Занубия. — Иди сейчас к Софие, а через несколько минут подойду я. На месте и решим, как быть.
— Спасибо, Занубия, — обрадовался шейх. — Да простит аллах все твои грехи!
Когда шейх ушел, Занубия еще некоторое время посидела в раздумье, а потом пошла к Софие. Там она застала Юсефа, Ибрагима, Хусейна, Фатиму, Абу-Омара и Ум-Омар. Они пили чай и слушали шейха, который вел беседу об урожае, о пожертвованиях, о добре и зле. Но разговор не клеился. Занубия поздоровалась со всеми и села к столу.
— Ты чем-то взволнован, шейх, — сказал Юсеф. — Расскажи нам, в чем дело.
— Нет-нет, ничего. Я просто устал. Весь день читал вслух Коран, даже горло заболело.
Говоря это, он смотрел на Занубию, которая тихо разговаривала с Софией. Потом Занубия предложила женщинам выйти на следующий день в поле вместе с мужчинами. Женщины согласились, и вскоре все разошлись по домам.
— Ты, Занубия, оказалась умнее меня, — сказал шейх по дороге домой.
— Завтра утром мы все выйдем в поле, а вернемся около полудня, — продолжала излагать свой план Занубия. — Если бек спросит тебя о Софие, скажи, что она согласилась прийти, но неожиданно муж позвал ее с собой в поле. Бек ничего тебе не сделает, ведь его приказ ты выполнил. А мне придется сказать, что и меня муж заставил пойти в поле с другими женщинами подбирать с земли колосья за арбой.
По дороге ехала французская военная машина, в которой сидели лейтенант Шарль и сержант. Поверх военной формы лейтенант надел галябию, а голову повязал белым в красную крапинку платком. Машина подъехала к дому еврея-торговца Исхака, и когда тот вышел на улицу, лейтенант выскочил из машины и несколькими выстрелами в спину убил торговца. Затем быстро вернулся и приказал шоферу гнать машину вовсю. Отъехав на довольно большое расстояние, лейтенант переоделся и вернулся на место убийства. Там уже собралась толпа. Лейтенант спросил, что случилось, и приказал сержанту перекрыть улицу, затем позвонил офицеру безопасности и сказал: