Сейчас она чувствовала себя здоровой. Девушка удивилась, увидев на скамье возле своей лежанки спящую Бетани. Элена отбросила покрывало и села на постели, спустив ноги на мраморный пол. Бетани тут же проснулась, вздрогнула, открывая глаза.
- Ты очнулась, - быстро заговорила она. – Когда этот полурослик прибежал в таверну и рассказал, что случилось, я очень испугалась!
- Что с Даэланом? – спросила Элена, окинув себя взглядом и потянувшись за одеждой, висевшей на спинке кровати.
- Он был тяжело ранен, - ответила Бетани. – Целительница погрузила его в сон, пока рана не исцелится.
- Хорошо, - Элена затянула шнуровку на сапогах и поднялась с кровати. – Как твои дела?
Бетани пожала плечами.
- Все хорошо. Хозяин таверны не гнал меня. Я помогала служанкам на кухне. Скажи, - девушка придержала Элену за рукав куртки. – Что случилось на Полуострове? Мне так никто и не смог ничего рассказать.
Элена едва заметно вздрогнула, вспомнив безжизненные взгляды одурманенных мозгоедом стражников, летящие в лицо когти мерзкой твари.
- Жизнь там скоро вернется в норму, - ответила она, потрепав Бетани по плечу. – Не сразу, но вернется.
Бетани рвалась вернуться домой, узнать, что сталось с ее соседями и друзьями. Элена решила проводить ее. Заверив Лину и Науриэль в своем прекрасном самочувствии, в свою очередь, убедившись, что выздоравливающему полуорку не с тало хуже, Элена вышла из Зала справедливости вместе с едва не подпрыгивающей от нетерпения Бетани.
У ворот района они встретили небольшую группу людей, так же решивших вернуться в свои дома и благодаривших стражников за подавление бунта. Элена опустила глаза и потянула за собой Бетани, поторопившись пройти мимо.
- Я хотела сказать им, что это сделала ты, - девушка, непонимающе взглянула на свою спутницу. – Почему ты…
- Во-первых, не я, а мы все вместе. Я, Даэлан, Эмерник, стражники. А во-вторых, я не герой, - Элена покачала головой. – Я не для признания и славы пошла туда.
Дверь в дом Бетани была выбита, внутри мебель поломана, вещи разбросаны. Девушка стояла посреди обломков стола и черепков, оставшихся от разбитой посуды, и беззвучно открывала и закрывала рот. Элена покачала головой и, выйдя на улицу, направилась к штабу стражи района.
Она была рада увидеть в штаб-квартире стражи живого и здорового Эмерника. Эльф сидел в углу на одном из ящиков и водил точильным камнем по лезвию кинжала. Заметив вошедшую девушку, он поднялся и сделал шаг ей навстречу.
- Живая! – усмехнулся он, и перевел взгляд на вставшую из-за стола Седос Сибил - Я ведь говорил, что она выкарабкается. Как твой полуорк?
- Жив, - кивнула Элена, пожимая эльфу руку.
- Я рада, что с вами все в порядке, - кивнула Седос, подойдя ближе. – Эмерник рассказал мне, что случилось в тюрьме. Выходит, надзиратель Элейфин был одержим какой-то тварью?
- Мозгоедом, - кивнула Элена. – Мне очень жаль, что его не удалось спасти.
- А останки мозгоеда вы передали леди Арибет, - начальница стражи взглянула на нее с уважением. – Это отличная работа. Жаль, у меня на службе мало таких людей, как вы. Может, быть, вы подумаете о работе в нашем гарнизоне?
- Я целитель, - качнула головой Элена.
- Думаете, в гарнизоне не нужны целители? – усмехнулась Седос, но продолжать уговоры не стала. – Полагаю, три сотни золотых львов, которые лорд Нашер выделил из казны для подавления бунта, будут достаточной наградой за то, что вам удалось сделать?
Элена замерла. Три сотни золотых были большой суммой. Что говорить, раньше ей не приходилось видеть сразу столько денег. Сначала девушка хотела отказаться, но потом подумала о Бетани, оставшейся среди разрушенной мебели и битой посуды. Она не могла вспомнить, видела ли в доме хоть одну целую вещь. Где девчонка будет спать? Что станет есть?