- Как давно я здесь?
- Со вчерашнего дня. Я Науриэль, кстати. Старшая целительница.
- Это лечебница?
- Нет, - качнула головой Науриэль. – Это Зал Справедливости. Пришлось его приспособить для нужд больных и раненых.
- Что с Павлом? – спросила Элена, устыдившись, что позабыла о нем.
- Его раны не были серьезными, хотя ожоги он получил обширные. Он здоров. Думаю, он вскоре заглянет к тебе.
Едва она сказала это, как дверь снова открылась, в проеме показалась светловолосая голова. Увидев, что Элена не спит, Павел вошел внутрь. Науриэль усмехнулась, направившись к дверям.
- Ты ведь лекарь? – уточнила она, обернувшись. – Твой резерв еще не восстановился, но кое-чем ты все равно могла бы помочь, если пожелаешь.
- Да, конечно, - с готовностью отозвалась Элена.
- Тогда найдешь меня, когда будешь готова.
Сказав это, эльфийка вышла, тихо прикрыв за собой дверь.
- Я рад, что с тобой все хорошо, - Павел опустился на край кровати, дотронувшись до руки Элены.
- Это взаимно, - улыбнулась девушка.
- Объясни мне, - сказал он вдруг. – Почему леди Арибет отправила на защиту существ из Водяной пади тебя? Ты не маг и не воин. Почему она не пошла сама? Если бы в том холле против чужого мага была бы она…
- Я не знаю, - вздохнула Элена. – Она сказала, что нападающие следили за ней, опасалась привести их к существам.
- Все это было напрасно, - выговорил парень раздраженно. – Существа сбежали, столько людей погибли. Ради чего?
Они замолчали, не глядя друг на друга.
- Ты собираешься остаться здесь? – спросил Павел через некоторое время.
- Да, - пожала плечами Элена. – Я хотела лечить людей. Это я и буду делать. Может быть, смогу научиться чему-то новому. А ты?
- Я, - Павел вскинул на нее глаза. – Я хотел научиться драться и стать искателем приключений. Правда приключения нашли меня сами, - он усмехнулся углом рта. – После боя в Академии я понял, что не создан для этого. Я не хочу быть героем. Когда снимут карантин, я вернусь на ферму.
- Может быть, еще увидимся? – спросила Элена без всякой надежды.
- Может быть, - ответил Павел и поднялся, чтобы уйти.
- Береги себя, - сказала девушка ему в спину.
- Ты тоже, - он на мгновение обернулся, затем вышел за дверь.
Зал Правосудия сейчас мало был похож на храм Тира. В просторном помещении, предназначенном для молитв и богослужений, были рядами расстелены прямо на полу соломенные и волосяные туфяки, на которых лежали зараженные Воющей смертью. Лекари и клирики сбивались с ног, пытаясь помочь им, но количество больных только прибывало. Время от времени в заднюю дверь выносили тела умерших, сжигая их там же на заднем дворе. Запахи нечистот и горящих тел пропитали воздух.
Элена протерла руки и лицо крепкой травяной настойкой, прежде чем склониться над очередным больным. В этой же настойке была смочена тканевая повязка, закрывающая ее рот и нос, оставляя открытыми только глаза. За целый день от запаха спирта у нее начинала кружиться голова, а в горле и носу неимоверно жгло, но приходилось терпеть. Женщина перед ней застонала, чуть приоткрыла тяжелые веки, пошевелила сухими губами. Элена протянула ей глиняную кружку с водой, придержала голову, помогая напиться. Эта женщина пришла сюда вчера на своих ногах, а теперь едва могла пошевелиться. Нарывы на руках и груди грозились лопнуть в любой момент.
Так было всегда. Поднимался жар, появлялись болезненные отеки. Люди приходили в храм в надежде на исцеление, усердно молились Тиру, а потом и всем богам сразу. Затем появлялись нарывы, жар усиливался, человек начинал метаться в бреду, кожа его обретала синюшный оттенок. Нарывы разрывались. После этого жить больному оставалось недолго.
Элена осторожно обтерла кожу женщины смоченной в прохладной воде тканью.
- Эй, ты! – послышался из-за спины раздраженный мужской голос.
Элена отложила тряпку и обернулась.
Между рядов тюфяков стоял высокий мужчина, облаченный в блестящий тяжелый доспех. На алом табарде выделялось Недремлющее око – знак воинов Хельма. Волосы его, большей частью седые, были взъерошены, карие глаза смотрели с презрением, которое удивило Элену. На сгибе локтя он держал шлем, украшенный султаном из перьев.