После моего рождения Стефан стал проводить с семьёй всё больше и больше времени, совершенно не замечая того, что Николасу хотелось только власти и денег. Хадсон долго продумывал, как избавиться от моего отца, так как он, зачастую, был против сомнительных схем. Пока компания росла и расширялась, Николас самолично подбирал состав совета директоров. По итогу, на очередном собрании, благодаря поддержке своих шестёрок, он лишил Стефана Брауна акций компании оставив его ни с чем.
Отец сходил с ума. В прямом смысле. Мама больше не могла смотреть на его состояние и поместила папу в лечебницу. Наша жизнь стала похожа на ужас. Каждый день я наблюдала за тем, как пашет моя мать. Она сильная женщина, и смогла обеспечить наш быт, работая на двух работах. Я помогала ей, чем могла. Брала различные подработки в барах и кафе. Спустя несколько лет отец завершил лечение. Всё стало налаживаться. Но след, что оставил чёртов Хадсон старший на моей семье, никуда не исчез. Мной было принято решение во что бы то ни стало отомстить. Сначала я поступила в Гарвардскую школу дизайна, гонясь за шансом стопроцентно получить должность в этой грёбанной компании Николаса. Затем, на втором курсе, сменила имя, чтобы он не догадался, кого, возможно, примет на работу. И сейчас, после получения должности, я должна выяснить то, что похоронит Хадсона старшего.
Вернёмся к разговору с друзьями.
Пересказав весь диалог с Киллианом, я жду их реакцию.
– Лисса, честно, сейчас у меня ноль доверия к Адаманту, – говорит Джейден, – Я могу пробить по своим каналам, что он вообще из себя представляет и потом высказать полноценное мнение об этой ситуации.
Перевожу взгляд на Кассандру, ожидая ее вердикта.
– Мне кажется, что со связями Киллиана у нас больше шансов на успех. Я за то, чтобы попробовать.
– Касс, что с тобой. Этот чел тебе совсем голову отбил. Откуда такое рвение довериться ему? – раздраженно вопрошает Джейд.
– Не истери. Это логика. У Адаманта больше ресурсов и денег чем у нас вместе взятых. Да, нам неизвестны его мотивы. Но он тоже рисковал, рассказывая Лисс о том, что хочет развалить «Хадсон Инкорпорейтед», – парирует подруга.
– Хорошо, я поняла ваш настрой. Не ругайтесь. Джейд прав в том, что стоит найти хоть какие-то факты о Киллиане, а затем принимать решение.
Мы договаривариваемся, что вернемся к этому разговору, после того как Джейден проведёт мини-расследование.
Прощаюсь с друзьями и направляюсь в парк, который расположен рядом с компанией. Надо освежиться и проветрить голову. По дороге решаю взять ещё одну порцию кофе. Бариста уговаривает попробовать латте с солёной карамелью. Не люблю добавки, но в этот раз соглашаюсь. Напиток и правда получился очень вкусный. Солоноватый вкус оттеняет приятную сладость. Надеваю наушники, включаю альбом группы «Theneighborhood» и погружаюсь в собственные мысли. Не замечаю, как проходит около часа. Так, Лисса, а работать кто будет? Хватить прохлаждаться.
Быстрым шагом направляюсь ко входу здания, параллельно переключая треки, чтобы напоследок насладиться любимой песней «Cry baby».
Двери открываются, и я чувствую, как происходит столкновение моего лица с чем-то безумно твёрдым. Кофе летит к чертям, как и телефон. Чёрт, мой нос. Такое ощущение что я врезалась в бетонную стену. Поднимаю голову, чтобы понять, что произошло.
Передо мной стоит ошеломлённый Хадсон младший. Какое везение. Его белая кофта полностью залита моим почившим латте. Мужчина приходит в себя, наклоняется и ласково прикасается прохладными руками к моему лицу.
– Боже, Лисса, ты в порядке? Сильно ушиблась? – обеспокоенно интересуется Алекс.
– М-мой нос, – я издаю стон.
Парень поднимает мой телефон и берет меня под руку. Мы направляемся к посту охраны. Работник выдаёт ему аптечку.
– Прости, я был занят телефонным разговором и совсем тебя не заметил.
– Я испортила твою одежду…
– Какая к чёрту разница, – смеётся мужчина.
Его смех вибрацией прокатывается в моей голове. Я же не могла получить сотрясение от столкновения с его грудью?
Алекс прикладывает специальный охлаждающий компресс к пострадавшему носу и нежно гладит меня по голове.
– Ты, что, носишь бронежилет? Почему меня так крепко приложило? – в моем голосе сквозит отчаяние.