– Герман, что мне делать?
– В смысле? – ухмыльнулся он. – Как жить дальше?
– Вот именно! Остаться на ферме или тоже переехать в отель?
Точными, осторожными движениями он подгребал рулевым веслом вдоль борта лодки, а она любовалась игрой мускулов под его гладкой кожей.
– Я не чувствую себя вправе влиять на твое решение, Нора. Ты приехала в гости к сестре. И никто – ни твоя сестра, ни ее муж, – против твоего присутствия не возражает.
– Но ты будешь рад, если я перееду в отель? Или, наоборот, огорчен?
– Я буду рад.
В конце канала виднелись остатки старой плотины. Вот и озеро Щучье. Судя по карте-схеме, до этого места все – и желающие пройти Большой круг каналов, и желающие пройти Малый, – двигаются в одном направлении, а дальше начинают вспоминать либо сказку про витязя на распутье, либо на эту же тему анекдот. Форма озера напоминает трезубец. Налево пойдешь – в Малый круг попадешь; направо пойдешь – в Большой круг попадешь; прямо пойдешь – ну да… к той самой табличке попадешь: «Господа дураки, вы приплыли, куда хотели!»
Оглянувшись по сторонам и не увидев ни одной живой души, Нора сняла футболку, оставшись в темно-зеленом бюстгалтере, и подмигнула Герману.
– А давай проплывем по Каналу дураков.
Тот покачал головой.
– Не принимается! Во-первых: у нас назначена встреча на Большом Красном озере; и во-вторых: мы известные, сертифицированные дураки, наша дурость не нуждается в дополнительном подтверждении.
Темная вода озер, зеленая вода каналов – зеленая, потому что в ней, как в зеркале, отражались растущие вплотную к укрепляющим берега валунам деревья, мхи и папоротники, – синие проблески безоблачного неба и тишина, тишина… Озерный мир казался спящим, и глубокий волшебный сон его нарушали только редкие всплески рыбьих хвостов.
– Я бы искупалась, – неожиданно для самой себя призналась Нора. Осторожно перегнулась через борт лодки, сложив ладони ковшиком, зачерпнула воды и умылась. – Я читала, что соловецкие озерные воды очень мягкие, очень чистые и пригодны даже для питья.
Строго говоря, в мягкости всех вообще вод на Соловках она уже убедилась, наблюдая за своей кожей и волосами. Шампуни на полочке Леры в ванной комнате стояли самые обыкновенные, но волосы после мытья становились чистый шелк.
– Точно, – кивнул Герман. – И в питьевом, и в техническом отношении вода исследованных соловецких озер может считаться образцовой. Но я предлагаю искупаться чуть дальше. Там, где вода хоть немного прогревается солнцем. Здесь, в тени, очень холодно, и даже опытным пловцам нередко сводит судорогой мышцы ног и рук. Я тоже неплохо плаваю, – он улыбнулся, сдвинув очки на кончик носа, – но мне не хочется в такой чудесный день заниматься спасением на водах.
Из озера Щучье по Валдайскому каналу их скромное суденышко проникло в озеро Валдай, где пришлось сделать небольшой перерыв, потому что Герман устал. Ну еще бы, он работал веслами почти три часа! Три часа, ого… Взглянув на часы, Нора глазам своим не поверила. В этом сказочном месте время летело незаметно.
– Давай я сяду на весла. Мне полезно размяться.
Он не стал спорить.
– Садись. Только имей в виду, завтра у тебя будут разламываться не только плечи, но и хвост, и пятки, и…
Нора плеснула ему водой в лицо.
– До входа в первый канал, – предупредил Герман.
– Что значит в первый?
– Из озера Валдай в Большое Красное ведут сразу три канала, один за другим. Их я пройду сам, там есть опасные участки.
– Даже так? Опасные?
– Угу.
– Чем же они опасны?
– Лодка может перевернуться.
– И что? В этих каналах глубже, чем по пояс? Если лодка перевернется, то мы непременно утонем?
– Лодка перевернется, ты окажешься по пояс в воде, и щука схватит тебя зубами за мягкое место.
– Болтун!
Поменявшись местами, они продолжили путешествие.
Большое Красное озеро было воистину большим. Над ним, как над морем, с криками носились чайки. Вообще птицы попадались на всем маршруте – утки, кулики, куропатки, – но здесь они просто кишмя кишели, некоторые крылатые монстры так и норовили выхватить у Норы печенье из рук.
– Ужас какой! Они съедят нас, эти птеродактили!
– Я бы сам тебя съел, – отозвался Герман, уплетая бутерброд с ветчиной и запивая его минералкой. – Оставь мне пару печенюшек. Надеюсь, ты понимаешь, что нам еще предстоит обратный путь?
– О черт! В самом деле. – Нора посмотрела в сторону Секирной горы. – Но там же, кажется, есть причал.
– Исаково, да.
– И оттуда рукой подать до Новой Сосновки.
Герман немного подумал.