— Проснулась, доченька? — услышала я обеспокоенный голос отца.
— Где мы? — спросила я и ужаснулась. Моя речь стала похожа на карканье вороны — дребезжащий и сиплый голос.
— Мы далеко от деревни. Господин лекарь немного подлечил тебя, поделившись магией, а сейчас тебе нужно выпить это зелье.
— Магия? — В удивлении уже не осталось сил, лишь немой вопрос застыл в моих глазах, обращенных к мужчине.
— Да, кулон — это артефакт-блокатор. Лишь аристократы столь щедро наделены магией, и твоя мать, оберегая тебя, надела его сразу после рождения.
— Но ты знал, что это блокиратор? — это было уже не вопросом, а констатацией, эхом прозвучавшим в тишине.
— Да. Однажды я снял с тебя кулон, и в тот же миг из твоей руки вырвался сноп магии, вокруг тебя запорхали призрачные бабочки. Но тогда она не была столь мощной, как сегодня. Поэтому я не только знал о твоем даре, но и разгадал его природу. Ты владеешь иллюзиями. И хорошо, что, последовав моему совету и сорвав артефакт, ты представила змей, — Авдей едва заметно улыбнулся. — Почему-то мне казалось, что это будут хищные звери.
— Взгляд Афони… он был словно гипноз, притягивал, завораживал, словно смотришь в глаза кобре… И в тот же миг, точно ущипнули, я сорвала с себя кулон. Так вот откуда эти гады в храме, они появились из моих мыслей.
— Странно, я думал, ты сделала это сама. Никто не подходил к тебе и, казалось, не замечал твоего состояния. Впрочем, поговаривают, что у сына старосты недобрый взгляд, подчиняет волю девиц, заставляет плясать под свою дудку. Сколько судеб он исковеркал, а потом твердил, что они сами к нему шли. И управы на него нет, везде прав! А потом и про тебя сплетни распустил, но обещал жениться. Оттого Анисья так зла на тебя, ведь этот позор тенью падет и на наших дочерей. Придется пригласить мага, проверить его дар. Девчонкам это уже не поможет, но, может, убережет остальных.
— Куда мы едем?
— В ближний город Орлец. Оттуда я закажу тебе место в дилижансе до Березовца. Там живет моя сестра Катерина. Отдохни, дорога неблизкая, тебе нужно набраться сил. Мне же необходимо заехать к другу, а после — к его отцу, пригласить их в деревню.
Глава 3
Ирина
Я проснулась от легкого прикосновения отца к плечу и тихого зова по имени. Ресницы распахнулись, навстречу ударил первый, ослепительный луч солнца, пронзающий горизонт.
— Доченька, вставай, минут через десять прибудем в Орлец. Приведи себя в порядок и переоденься. Негоже в свадебном сарафане по городу разгуливать.
Он протянул мне обычный холщовый мешок с двумя лямками, прародитель нынешних рюкзаков. Лошадь, вожжи которой держал все тот же юркий мальчишка в серой рубашке, свернула с дороги и, немного проехав по дикому лугу, остановилась на просторной поляне.
«Красивое место, – отметила я про себя, – с одной стороны стеной зеленеет лес, с другой – серебристой лентой вьется журчащая речка». Оглядевшись, заметила тут и там следы старых костров, недвусмысленные знаки пребывания домашних животных и поняла, что это – негласная стоянка для всех путников, стремящихся в город.
Скрывшись в кустах, совершила свои утренние дела и, схватив чистое домашнее платье, мыло и полотенце, направилась к реке. Возле берега, заросшего осокой, я наткнулась на тихую заводь. Опустившись на колени, зачерпнула пригоршню воды и умылась. Она была теплой, словно парное молоко. С замиранием сердца ощутила, как вода нежно ласкает кожу, словно шелковое покрывало, спокойная, умиротворяющая. Не в силах противиться искушению, я сбросила одежду и вошла в реку. Резкий перепад температуры заставил тело покрыться мурашками, но, немного помявшись, я все же окунулась с головой. Теплая волна разлилась по измученному долгой дорогой телу, а журчание воды успокаивало и дарило блаженное забытье! Краем сознания отметила, что кулон снова на мне.
Схватив душистое мыло с ароматом жасмина, я намылила голову, затем тело, но тут мой обострившийся слух уловил посторонние звуки и шелест в кустах. Замерла, прислушиваясь, но, кроме птичьей трели, доносившейся из ближайшей рощи, и шелеста осоки и камыша от легкого дуновения ветерка, вокруг царила тишина. Все же, решив не рисковать, быстро ополоснулась, выскочила на берег и натянула на мокрое тело сорочку, а поверх – простой голубой сарафан. Добравшись до стоянки, я подошла к телеге и достала из мешка гребень. Волосы бывшей хозяйки тела были густые и длиной до поясницы. После вчерашнего они изрядно спутались. Кое-как распутав их, я аккуратно расчесала и заплела в косу, толщиной с руку. Как-то смотрела с внучкой Сонечкой мультфильм про рыжеволосую девицу. Увидев ее волосы, я хмыкнула, но малышка, укоризненно посмотрев на меня, сказала, что такие косы бывают. Тогда я не поверила, но сейчас убедилась, что внучка была права.