— Какая?
— Видишь мою подругу Лизу? Её надо от Моряка оберегать. Можешь за ней поухаживать там и всё такое?
— Не вопрос. Присмотрю за девочкой, — сразу направляется к Лизе.
— Ты что творишь? — Наезжает на меня Соболь.
— Ничего. Лизу защищаю от этого деревенского придурка.
— Тоня, блин! Алан офигенный, ты чего?
Показываю ей, чтобы отстала, и иду танцевать к Катрин.
С удивлением замечаю, что Макс времени зря не теряет и у него на коленях сидит Аня. Моя Аня. Придурок.
— Кать, это что такое?
— Тонь, это ещё не всё. Они уже целовались.
— Гонишь?
— Отвечаю…
Я сразу разворачиваюсь и иду к Лизе с Аланом, говорю ей, что украду его, и тяну танцевать в центр поляны под прожектор. Чувствую себя героиней подросткового сериала. Все друг с другом и по кругу. Интересно, с кем по сценарию я окажусь в следующем сезоне? Странно, но к Ане у меня нет никаких претензий. Она одна из ближайших подруг, и она моя любимая. Я всегда знаю, что она без двойного дна. Если она его поцеловала, то, может, ей очень этого хотелось. Не знаю…
Натанцевавшись с Аланом, от которого просто какие-то импульсы исходят, которые меня пугают своей интенсивностью, иду передохнуть к девчонкам.
— У вас было такое, что к человеку тянет, как магнитом? Мне его потрогать хочется. Я держу дистанцию, но хочется жутко. Что за прикол?
— Химия, Тонь, — говорит Соболь.
К нам приближается Аня. Налицо эффект Антропова. Её оформленные кудряшки растрёпаны. Пухлые губы опухли ещё больше. Щёки красные от щетины.
— Тонь, — жалобно на меня смотрит.
А я не злюсь. Я понимаю, что она такая же очередная девчонка, как и все мы в его многочисленном списке. Уж точно я из-за него не собираюсь терять подругу. Ну поразвлекалась и ладно.
— Ань, скажи, он классно целуется? — игриво спрашиваю.
— Да-а-а, — мечтательно тянет.
Девочки прибалдели, наверное, думали, что сейчас придётся занимать сторону, и она совсем не очевидна. Моя бэсти Соболь также одноклассница Ани и именно Аня нас познакомила. А Катрин вообще бы оказалась меж двух огней. Обнимаю Аню, отмечаю, что от неё прям несёт Антроповым, и всё равно с удовольствием вдыхаю этот запах и шепчу ей, что всё хорошо и я её люблю. А заодно предупреждаю, чтобы не позволяла ему лишнего.
В разгар всеобщего веселья мы лежим с Аланом на пирсе у Макса и смотрим на звёзды. Сегодня звездопад и какая-то невероятная видимость. Я ничего не понимаю в созвездиях, только Большую Медведицу могу определить, а Алан сечёт. Показывает мне и рассказывает. Я думала, что он учится в каком-нибудь физико-математическом классе, но он меня поразил. Он учится в экономическом классе, где двадцать девять девочек и один он. Шок. Может, поэтому он так хорошо со всеми ладит.
— Тонь, — Алан протягивает мне свой айфон, — подпишись на себя.
Улыбаюсь и залезаю к нему в профиль, вижу его историю поиска, подписки, это же полное доверие. Он ничего не скрывает и предельно открыто обо всём говорит. Не лезет, не пристаёт, у нас всё чисто и платонически. Но искрит так, что мы оба прекрасно понимаем, к чему это однажды приведёт.
— Чтобы на каждую сторис ставил огонёк, — возвращаю ему телефон.
— Как скажешь, детка! Жаль, что завтра рано утром уезжаю. Как вернёшься в Москву, ничего не планируй. Пойдём гулять.
— Хорошо…
Нравится его «детка». Это не тупой подкат, это очень добро звучит. Классный, какой же он классный.
Глава 32
Иду непривычно медленным для себя шагом. Димусик с Кириллом ждут меня у магазина, а я согласилась с ними погулять от полной безысходности. Не могу дождаться, когда уже Катя с Аней оправятся от своей кишечной инфекции.
Последние две недели стоит аномальная жара, вода настолько горячая, что в неё уже неприятно заходить. А ещё она цветёт. Мы с братом на днях поехали купаться на фарватер, и эхалот там показал тридцать четыре градуса. Просто невозможно. Естественно, Соболь и Лиза сбежали от такой жары в Москву под кондиционеры. У нас Арина Сергеевна их вешать не позволяет, и все страдают.
В один день мама решила, что хватит мне киснуть в деревне, и повезла в Тверь в Путевой дворец, там галерея и редкие картины российских импрессионистов. В этот день Катя с Аней пошли купаться, вода цвела очень сильно, и в итоге наутро их увезли в реанимацию. Подхватили вроде дизентерию. И в итоге я всю неделю общаюсь только с Димусиком и его соседом. Скучно жутко, но больше ни с кем не хочу.
И вообще я, конечно, отвыкла от мелких. Все их развлечения — это пожарить картошку, которую я терпеть не могу, на костре. Если и жарить что-то, то хотя бы дома с комфортом. Но им нужно обязательно в бору. Не покататься ни с кем, ни съездить никуда. Но пока так. Чуриканов не приезжает, готовится к своей свадьбе. Тимофей, благо, улетел, ну а Макс всё. Хорошо, что Аня отнеслась к нему как-то чисто потребительски. Хорошо провела вечер и всё. Даже не вспоминает. Как и он её, потому что заявку в друзья так от неё и не принял. А мне помогал Алан всё это время забыться. Пока у нас чисто дружеское общение, но оно суперское и приносит мне одно лишь удовольствие. Кайфовый нереально.