Рассказчик прервался и, глянув на смурную аудиторию блестящими глазами, с чувством произнес:
- Трудно даже представить всю значимость наследия древних ариев. Куда мы ни кинем взор - повсюду его следы. Именно от них унаследовали мы деление зодиакального круга на триста шестьдесят градусов, а года на двенадцать месяцев, семидневную неделю и семь основных цветов, выделяемых в солнечном спектре. Широко распространенные игры, такие, как домино, шахматы, шашки, также имеют древнеарийские корни.
Двадцать восемь костяшек домино соответствуют двадцати восьми лунным стоянкам, а игральные карты ведут свое происхождение от ста восьми древних золотых пластинок, и Таро это тоже их упрощенная версия. Шахматы также родились из древнеперсидской игры.шатранг, правда, в ней участвовали четыре человека.
А если перейти от игрушек к вещам серьезным, то такие явления, как ясновидение, телепатия, ле-витация, словом, все то, что поражает наше воображение, издавна практиковались среди арийских жрецов - зерванитов, взять хоть бы общину "красных шапок", согласно легендам основанную самим Пад-масамахвой. Или вот, к примеру, один из основных древних трудов по алхимии "Изумрудная скрижаль" Гермеса Трисмегиста обычно считают частью наследия египетской мудрости. Однако можно смело сказать о заимствовании этого текста из Авесты, где он изложен в гораздо более полном виде. Обязательно следует отметить вклад ариев в мировую медицину. Из древних преданий следует, что раньше жрецы умели составлять из трав и минералов лекарства, содержащие сто восемь компонентов и рассчитанные на данного конкретного человека. Они излечивали любую болезнь за три дня. Современные ученые поражаются мастерству древних арийских хирургов, проводивших сложнейшие операции даже на черепе, причем они не нуждались ни в ультразвуковом, ни в рентгеновском просвечивании человеческого тела, так как владели искусством видеть сквозь живую ткань организма...
Почувствовав, что публика изнемогает, рассказчик решил закругляться. Он посмотрел на часы и поинтересовался насчет вопросов. Вопросов не было, публике не терпелось на воздух.
- Захватывающе, - одобрил Сарычев, догнав размашисто шагавшего Мазаева-среднего уже в фойе возле кадки с пальмами. - Только большинству это до лампочки.
- А, здравствуйте, Павел Семенович, - доброжелательно отозвался эрудит и крепко пожал Сарыче-ву руку. - То-то и оно. А ведь человек существует сразу в трех временных потоках, без прошлого настоящее ущербно, а будущее безрадостно.
Так, за умным разговором, они вышли на улицу и, изрядно помесив уже оттаявшую грязь городских магистралей, обозрели местные красоты. Утомившись и насмотревшись, что и как пьет трудовой народ, зашли перекусить в пивное заведение "Белый аист".
Со стены просторного предбанника на них сурово глянул сам пернатый, вырезанный из авиационной фанеры и больше похожий на птеродактиля. Пожилой гардеробщик, протягивая им номерки, вдохнул:
- Лучше бы вы, ребята, пошли куда в другое место.
Сарычев сразу же заинтересовался:
- А что такое, отец?
Выяснилось, что нынче в заведении изволил нажираться пивом сам лихой разбойник Шура Черный со своими товарищами. С некоторых пор он вроде как уже и не бандит, потому что вступил со всей своей шоблой в какую-то казацкую вольницу, ходит теперь в краснолампасных штанах с шашкой и ревностно блюдет землю православную от супостата. Правда, не совсем ясно от какого.
- Спасибо, отец, уважил, - поблагодарил майор и вместе с Мазаевым вошел в уютный, отделанный мореным дубом пивной зал, в котором сидело около десятка уже изрядно вдетых молодых людей с чубами. Они расположились за длинным столом, уставленным жратвой и пивом, и, шкрябая ножнами по мозаичному полу, вели нестройную беседу о смысле жизни.
Заметив вошедших, они умолкли, а размещавшийся в центре здоровенный усатый детина оскалился и, нарочито мягко выговаривая букву "г", объявил:
- А узкоглазому гадью местов здесь таперича не будет. - И, бухнув кулачищем по столу, глядя на Мазаева, заорал: - Смирно стоять, поганка, казак гутарит с тобой!
- Не казак ты, а дерьмо всмятку. - Сарычев почувствовал, как в нем проснулся Свалидор, и презрительно оттопырил губу. - Воняет от тебя за версту. Так что пасть закрой...
Сказал и неспешно повлек спутника к угловому столику. За их спинами послышались крики, вжик-нули выхватываемые из ножен шашки - обиду казаки не прощали. Оттолкнув Мазаева в сторону, Александр Степанович боковой атакой ноги в солнечное с ходу вырубил подскочившего к нему атамана. Едва бездыханное тело, врезавшись подобно тарану, разметало ряды нападающих, майор поднял с земли оружие врага, страшно, так, что кровь застыла в жилах, рявкнул и попер на станичников чертом.
"Заточка не годится никуда, и легковат, - определил Свалидор, сам свободно деливший подброшенный в воздух плат на двенадцать долей и способный, не отводя клинка, обкорнать все углы у поставленной стоймя доски. - Бирюльки, баловство".
Очень скоро выяснилось, что казаки из бандитов говенные и рубиться в "тесной сшибке" не способны. Майор вертелся среди них подобно вихрю. Не прошло и минуты, как станичники хреновы, забыв об атамане, с позором покинули поле боя. Не ларечников доить...
Сарычев бросил клинок на пол и весело подмигнул тезке:
- Ну-с, Александр Степанович, драку уже заказали... Что дальше-то заказывать будем?
Тот странно посмотрел на него:
- Отец рассказывал, как вы там в поезде разделали двоих, а здесь я своими глазами убедился, вы бьетесь, как настоящий берсерк, смерть не страшна вам...
- Неправда, не берсерк я и мухоморов сегодня не жрал, а потому кушать очень хочется, - в шутку прервал его Сарычев, подмигнул и неожиданно стал серьезен. - А чего мне ее бояться, она и так уже во мне. - Он помолчал, вздохнул и сделал знак забившемуся в угол халдею:
- Уважаемый, будьте так добры, покормите нас.
- Да, да, да... - Официант вышел из ступора, и когда он как-то странно, левым боком вперед, подошел, майор указал на стенающего Шуру Черного:
- И падаль эту уберите, пожалуйста.
Атамана оттащили, принесли раков, бутерброды с семгой, жареные сосиски и салат, но аппетит у Мазаева пропал. Потягивая "Мартовское" из запотевшей кружки, он задумчиво посмотрел на жующего майора: