Выбрать главу

Секретарь — ответственный за создание и поддержание всех клубных отчётов. Обязан предупреждать членов клуба о чрезвычайных заседаниях.

Проспект — кандидат в члены МК. Присоединяется к выходам, но не имеет права посещать Церковь.

Пролог

АК

Плано, Техас

11 лет назад…

— Я буду служить в морской пехоте! — сказал я, примчавшись на кухню.

Девин сидел за столом, работая над двигателем своего байка. Он поднял глаза. Его лицо было испачкано смазкой.

— Что? — воскликнул он, нахмурив брови.

Пытаясь отдышаться от бега, я остановился. Скинул кожаную куртку и бросил ее на спинку стула.

— Я только что завербовался, — ответил я с улыбкой, дерьмово пытаясь скрыть волнение в своем голосе. — Совсем как ты. Я присоединился к Корпусу.

Девин казался удивленным.

— Черта с два.

Мое возбуждение начало ослабевать.

— Дев…

Он бросил двигатель с глухим звуком на стол. Потом поднялся на ноги и провел рукой по лицу.

— Ксав, какого хрена ты сделал?

— Что? Что не так?

Мой брат вздохнул и выглянул в кухонное окно.

— Что не так? Что не так?

Он сделал глубокий вдох и медленно выдохнул, пытаясь успокоиться.

— Это не та жизнь, которую я хотел для тебя. Ты мой чертов младший брат, и у тебя в этой тупой башке больше мозгов, чем я когда-либо имел. Я рассчитывал, что ты поступишь в колледж или еще куда-нибудь. Только не в гребаный Корпус.

— Я не хочу поступать в колледж, Дев. Хочу быть в Корпусе и сражаться. Я хочу сражаться рядом с тобой.

Девин все еще стоял лицом к окну, но я заметил, как он начал дрожать.

— Дев… — попробовал я снова, но понятия не имел, что еще сказать.

Мой брат вел себя странно.

— У тебя нет ни малейшего понятия, какого это быть там, Ксав, — наконец он повернулся ко мне с чертовски затравленным взглядом, произнося каждое слово как выстрел. — Ты ни черта не можешь себе представить.

Не в силах вынести его растерянного вида я подошел к нему и положил ладонь на его напряженную руку.

— Я хочу сражаться, Дев, — начал я и рассмеялся, зная, что сейчас буду звучать очень жалко. — Хочу сражаться за нашу страну, как и ты. Я, бл*дь, хочу быть похожим на тебя, Дев. Всегда хотел.

Глаза Девина засияли. Вздохнув, он схватил меня за шею и притянул к своей большой груди. Я с трудом дышал, пока он крепко обнимал меня.

— Когда ты должен отбыть?

— Через восемь недель.

— Твою мать, парень, — сказал он. — Какая специальность?

— Снайпер-разведчик, — я пожал плечами. — Ты же знаешь, как хорошо я стреляю.

Девин напрягся, затем заставил себя расслабиться. Должно быть, прошло несколько минут, прежде чем он отпустил меня.

Мне было восемнадцать, ему — двадцать шесть. Он вступил в Корпус в моем возрасте, только так он смог вытащить нас из дерьмового существования с нашими родителями, которые беспробудно пили, и дал нам лучшую жизнь.

Он спас нас. Вытащил из этой чертовой канавы.

Он был моим гребаным героем.

Девин отстранился и поцеловал меня в лоб. Сейчас я был на пару дюймов выше его и все еще рос, но всегда чувствовал себя маленьким рядом с братом. Просто у него было больше жизненного опыта, теперь его было сложно удивить. После двух последних кампаний — в Ираке, была наихудшей — кое-что изменилось. Я это знал, потому что он скучал по дому. Но если я буду там, рядом с ним, он больше не будет одинок. Настоящие братья по оружию.

— Я хотел лучшего для тебя, парень, — объявил он.

Я смотрел ему прямо в глаза.

— Сражаться бок о бок с тобой за нашу страну и свободу? Это лучшее, что может быть, черт возьми, — тихо ответил я.

Лицо Дева не изменилось. Я не видел на нем никакого проявления счастья. Только разочарование.

— Я имел в виду, стать врачом или адвокатом, или типа того, Ксав, — он постучал по моей голове. — Профессия, где бы ты использовал это.

— Снайпер — это чертовски круто, Дев. Даже офицер по вербовке согласился. Умный, терпеливый, сосредоточенный. Нужен особый тип людей, чтобы быть снайпером. Навыки есть не у всех, — моя грудная клетка была переполнена. — Я могу стать одним из них.

Я проглотил комок, который внезапно застрял у меня в горле.

— Я могу быть хорош в этом… как ты. Отличный морской пехотинец.

Плечи Дева поникли, но затем выражение гордости появилось на его лице.

— Я знаю, что ты сможешь, — хрипло сказал он. — Я об этом не беспокоюсь, никогда не беспокоился. Я просто… просто…

— Мы сможем сражаться вместе, а в отпуске возвращаться домой, пить пиво, заниматься нашими Харлеями и просто, бл*дь, кататься, пока нам не придется снова уехать. Это моя чертова Американская мечта, — я широко улыбнулся. — Только представь себе, Дев. Это будет наша жизнь.