Я толкнул ее назад, пока она не оказалась на своем сиденье, запыхавшись и с глазами, остекленевшими от переизбытка гребаного спиртного. Свернув на поляну, я припарковал грузовик.
Она выскочила из двери со стороны пассажира еще до того, как я успел пошевелиться. Я вылез из грузовика и помчался за ней, пока она бежала к деревьям. Настиг ее в мгновение ока и перекинул худое тело через плечо. Фиби вцепилась ногтями в мою спину.
— Отпусти меня, — прошипела она, колотя кулаками по моим лопаткам.
Я открыл дверь в свой дом и запер нас внутри. Опустил ее на пол. Она пошатнулась, выпрямляясь. Свет из кухни был ярче, чем в баре, и я хорошо рассмотрел ее глаза. Они были тусклыми и прикрытыми. Черный макияж размазался вокруг глаз, делая ее похожей на чертова енота.
— Успокойся, мать твою, — приказал я.
Бледная кожа Фиби покраснела, когда она задергалась на месте. Я стоял на своем, сложив руки на груди. Затем сучка нанесла удар. Ее рука полоснула меня по лицу. И на этот раз за ударом стояла чертова сила. Моя голова дернулась в сторону. С меня было достаточно. Двигаясь вперед, я толкнул ее спиной к стене коридора.
— Богом клянусь, сучка, я тебя вырублю, если ты еще раз так сделаешь, — прошипел я, впиваясь в нее взглядом.
Она плюнула в меня.
— Отпусти меня!
Я чувствовал запах спиртного в ее дыхании.
— Зачем? Чтобы ты могла трахнуть какого-то жирного засранца? Чтобы твоя киска была заполнена, как у гребаной шлюхи, которой ты и являешься?
— Да! — закричала она, борясь с моей хваткой.
Когда ей не удалось освободиться, она приблизила свое лицо к моему и холодно улыбнулась.
— Мне нравится, когда меня трахают. Я люблю кончать. Мне нравится член, и я не люблю ничего больше, чем когда кто-то засовывает его мне в рот, а потом кончает мне в горло.
Злость, которая кипела во мне, вспыхнула от этих дерьмовых слов, вылетевших из ее рта.
— И ты не был против моей киски той ночью, — подразнила она.
Сучка укусила меня за мочку уха. Укусила чертовски сильно. Я дернул головой назад, и она рассмеялась мне прямо в лицо.
— Когда я держала твой член во рту, а потом глубоко внутри себя. Я скакала на тебе и заставляла тебя стонать.
Мои руки дрожали, я старался не сжимать ее слишком сильно.
— Ты так сильно хочешь, чтобы тебя трахнули, шлюха? Ты хочешь, чтобы я ворвался в тебя и заставил кончить?
— Да, — крикнула она и вырвала одну из своих рук.
Она не ударила меня, как я ожидал. Вместо этого ее веки опустились, и она провела рукой по моему животу, пока не остановилась у члена. Она встретилась с моими глазами, и мы оба просто замерли.
Адреналин и гнев смешались в моих венах. Я услышал тиканье часов на кухне и звук включившегося кондиционера. Услышал слишком быстрое дыхание Фиби. Она пристально смотрела на меня. Я пристально смотрел в ответ. И я не был уверен, кто двинулся первым, но в одну минуту я был полон кипящего гнева, готовый вот-вот взорваться и надрать ей задницу, а в следующую — ее рот был на моем, сиськи прямо напротив моей груди, и мой член стал дико твердым.
Фиби застонала, когда я отпустил ее руку и стянул с нее топ. Ее сиськи вырвались на свободу, и я обхватил их руками. Пальцы Фиби расстегнули мои джинсы. Я оторвался от ее рта, когда ее рука обхватила мой член.
— Проклятье, — прошипел я и опустил голову, чтобы взять ее грудь в рот.
Другой рукой она обхватила мои волосы, потянув за пряди. Я сосал ее сосок, пока ее рука гладила мой член вверх и вниз.
Ее дыхание было учащенным, а кожа скользкой. Я задрал ее юбку до бедер. Порвал в клочья трусики, отбрасывая в сторону испорченный материал. Моя рука скользила вдоль ее киски, пока не встретилась с клитором. Она вскрикнула в мое плечо, затем лизнула шею, впиваясь в кожу. Я закрыл глаза, когда ее губы вернулись к моим, а язык проник в мой рот. Она стонала и задыхалась, когда я брал ее гребаный рот, заставляя сучку забыть о Вике и том мудаке из переулка.
Мысль о том, что она трахается с другими мужчинами, заставила мою кровь еще сильнее нестись по венам. Оторвав руку от клитора, я наклонился и взял ее за ноги. Поднять ее оказалось совсем несложно. Фиби застонала и обхватила меня руками за плечи. Я прижал ее спиной к стене, а затем одним быстрым толчком вошел в ее мокрую киску.
— АК! — воскликнула она, когда ее голова откинулась назад и ударилась о стену позади.
Я был как одержимый, когда входил в нее. Фиби поднесла руки к моим щекам и прижала меня к своему лицу. Она смотрела мне в глаза, пока я двигал бедрами, прикусив губу от ощущения, что ее дырочка душит мой член. Ее стоны были низкими и протяжными. Ее губы встретились с моими. Она поедала мой рот, и я глотал ее крики. Мои руки крепче сжимали ее бедра, пока я входил в нее. Ее ногти царапали мою кожу, но это только подстегивало меня.