Мы оставили гостеприимных хозяев и пошли прогуляться, нам с Наташей надо было побыть наедине. Я уговаривала ее уехать, она категорически отказывалась. Почему то Любови Борисовне верилось беспрекословно. Раз Наташе надо пережить эти испытания, она их переживет. И родит самого любимого малыша на свете. А потом и папа появится, ведьма обещала.
А ночью я опять жила жизнью Леи. В этот раз не сопротивлялась, полностью отдалась сну. Или воспоминанию? Даже не знаю, как правильно назвать. Шумная свадьба окончена гости разошлись и наконец то мы с любимым мужем можем остаться одни, я кружилась в гостиной, белоснежное свадебное платье порхало вокруг меня крыльями. Как я счастлива, Александр любит меня! Мы будем жить долго и счастливо и я рожу ему троих детей, двух сыновей и дочку. Завтра мы уезжаем в Москву, начнется моя светская жизнь. Александр, нетвердой поступью зашел в комнату, из его пальцев выпало письмо. Он подошел ко мне и с размаху ударил по лицу, из разбитой губы потекла кровь. Я, как была босиком, выскочила из дома и побежала. Он выскочил за мной, я не узнавала своего возлюбленного. Он говорил грязные слова и грозился убить. На кладбище муж настиг меня, схватил за волосы, намотал их на кулак и бил головой о чей-то каменный крест, после, окровавленную приволок домой. Моя черная свадьба. Слуг мы отпустили, по этому я очнулась только к обеду, лежа в углу гостиной, передо мной лежал помятый лист, который вчера выпал из рук Александра. Я протянула руку и подняла его, начала читать. Нет, такого не может быть! Это безумный сон, так не бывает. Моя мать мне совсем не мать, она помогла Галине Александровне скрыть грех, я ее дочь от ее же сына. Александр об этом не знал, он считал что в ту ночь был с Ириной, своей кузиной. Галина хотела помочь девушке и заняла ее место, надеясь убедить сына оставить девушку в покое. Но сын был пьян, и изнасиловал ее, повалив на траву, задратый на голову плащ, скрывал ее лицо и глушил крики. Впрочем, он и не слушал ее. Утолив желание, ушел. Оставив Галину распятой на земле. Пережив шок, она вернулась в дом. Как оказалось эта встреча имела последствие. Меня. Галина Александровна щедро платила моим названным родителям и всегда была ко мне добра. Я сидела и рыдала. Как жить дальше зная такие страшные вещи? Когда любимый и нежный муж стал диким зверем?
Со временем я привыкла к побоям, научилась прятаться, не попадаться на глаза. Из нежной и ранимой девушки, превратилась в забитую и циничную женщину, перестала верить людям. На людях Александр был добр и внимателен, восхищался мной и одаривал подарками, одевал как куклу. Я была красива, красива той роковой красотой, люди чувствовали мой внутренний надрыв. Женщины меня не любили, а в мужчинах я будила желание оберегать , жалеть, покровительствовать. Александр заставлял меня спать с нужными ему людьми, я научилась абстрагироваться, отключаться в эти моменты. Благодаря моему телу, его карьера уверенно ползла вверх. В Москве он редко бил меня, а если и бил, то не оставлял следов, он это умел. На постоянно ранил словами, я «бестолковая тварь, пригодная только для раздвигания ног», «чертова шлюха», «отродье бляди». Письмо матери не то, что бы ранило его, оно свело его с ума. Молчанье матери и его дикое преступление. Жить с таким невозможно, и он выбрал самый простой вариант, обвинить мать. Он возненавидел весь женский пол. Моего любимого больше не было. Рядом был мой палач. Почему я терпела? Он угрожал обнародовать письмо Галины, это бы убило меня и тех людей, кем я дорожу. Летом мы уезжали в деревню, вот там он полностью терял контроль. Насиловал местных девочек, мог убить человека. Ему все сходило с рук, я качественно раздвигала ноги и за его спиной были очень серьезные люди.
Когда я поняла, что беременна, первой мыслью было покончить жизнь самоубийством. Ребенок не сможет быть счастлив в такой семье. Как я могла забеременеть, ведь постоянно пила таблетки. Наверное, это в тот раз, когда Александр после того, как взял меня, ударил ногой в живот и меня рвало два дня. Я уверена, что это ребенок моего мужа, ведь последние два месяца он не заставлял меня спать с другими мужчинами. А потом он узнал что я беременна .Смешно. Но он быстрее меня понял, что месячных нет. И вот тут начался ад. Он внимательно следил за мной, чтоб я ничего не сделала с собой или ребенком. Почти не бил, по крайней мере по животу или лицу. Следил за моим питанием. Зато в словесных порках он стал более изощрен. Он оскорблял и унижал, описывал, что он будет делать с подросшей дочерью. Я молилась о рождении сына, его он, хотя бы, убьет сразу. А потом родилась дочка и я ушла. Ушла в никуда. Мое сердце просто остановилось. Не стало боли, мучений и сомнений.