Черт, да что они там делают с Майклом? Боль и не думает уменьшаться. Нет... Благородные мстители не будут пытать свою жертву. Благородные мстители убили бы его быстро. Значит... Значит это ловушка. А ещё это значит, что лишние десять минут погоды не сделают. Прости, Майкл, но сейчас спускаться вниз и спасать тебя никто не собирается. Найджелу предстояло хорошенько приготовиться к главному бою последних лет.
"Тайное становится явным"
Боже... он и не думал, что боль бывает такой разнообразной. Он вообще не предполагал, что такую боль можно выдержать. И что разумному может доставлять удовольствие причинять такую боль другому разумному. Гады...
Когда дверь подвала открылась и вместо Найджела в подвале оказались пятеро вампиров - он посчитал, что это та самая счастливая минута, которой он ждал три года. Наивный. Хорошо, что он не успел ничего сказать. Пуля в грудь в упор мгновенно расставила тоски над "и".
- Изящный выход из положения. - сказал самый старший из них, когда стонущего от боли Майкла вытащили из клетки. - Я и не подумал, что от моего проклятия можно избавиться таким интересным способом.
- Чертов ублюдок... - выплюнул сквозь плотно сжатые зубы Майкл. - Какого хрена тебе от меня надо? И о каком, черт побери, проклятии ты говоришь?
Старший выглядел обескураженным. Присев на корточки перед ним, он запустил пальцы в волосы и заглянул своими темно-рубиновыми глазами в его, ярко-алые. И Майкл закричал вновь, чувствуя, как его ментальный блок проламывают, словно гипсокартонную стену, а потом читают память, словно открытую книгу. Тварь...
Когда Майкл вновь смог соображать - главный ублюдок выглядел ещё более обескураженным, чем когда увидел его в клетке. Но это абсолютно не мешало двоим молодым вампирам подвешивать Майкла на крюк, а ещё двоим выкладывать из чемоданчиков прямо на пол разнообразные приспособления для причинения боли.
- Знаешь, Майкл... я в замешательстве. Никак не могу понять, почему Найджел так поступил с тобой. Нет, я прекрасно понимаю, почему он сделал тебя вампиром. Это правильно и логично. Но то, что ты ничего не знаешь о проклятии, из-за которого и умер, фактически, твой отец... И то, что ты не понимаешь, из-за чего тебя пришлось сделать вампиром... Зачем? Он мазохист? Не замечал за ним такого таланта... Не понимаю...
Тем временем Майкл уже висел, тяжело дыша почти зажившим легким и смотрел на этого полоумного с осторожностью человека, оказавшегося в лапах сумасшедшего маньяка.
- Ах ну да... Ты же не понимаешь... - извиняющимся тоном сказал вампир, подходя к парню и всаживая кинжал по рукоять ему вбок.
Майкл застонал, пытаясь унять боль. Если бы он был человеком - он бы уже стоял на пороге смерти. Вампиры были более живучими. Вампиры быстрее регенерировали. Вампиры могли контролировать свою боль. Майкл последнее пока еще не мог. Жаль, что учиться приходилось в таком экстренном темпе. И плохо, что он из-за боли не может адекватно воспринимать окружающее. Но, видимо, для этого извращенца было необходимо донести информацию до своей жертвы и именно поэтому, оставив нож в ране, Стив дал Майклу пару секунд передышки и лишь потом сказал:
- Я Стивен Ланнегок, брат по крови твоего учителя, Найджела Роуннага. И я проклял кровь твоего рода. Один за одним, от старшего к младшему, мужчины вашей семьи должны были погибнуть в страшных муках. - а потом, провернув лезвие в ране несколько раз, вытащил нож из тела кричащего Майкла.
- Только незадача. Твоих старших братьев я убил раньше, чем проклятие начало действовать, а твой папаша мучился достаточно долго, чтобы Найджел нашел способ спасти тебя. Представляешь? Такой план мне загубил, паскуда.
Крик перешел в стон. Новые факты с трудом укладывались в голове у Майкла. Он? Это он убил его братьев? Не Найджел? Проклял род? Зачем? Но отец умер не от проклятия... Стив ухмыльнулся, схватив волосы парня и вновь заглянув в его разум, демонстрируя картинку, которую так хорошо запомнил юный вампир. Вот Найджел подходит к Питеру... Четкая, ясная картинка, незамутненная наслаждением от принятой дозы крови и отвращением к себе. И с удивлением Майкл заметил детали, на которые не обращал внимания раньше. Улыбка счастья на лице отца, боль во взгляде Найджела. Слишком истощенное тело Питера. Всего три дня, а ощущение такое, что отец голодал месяца три. Нереально. Не могло такого быть. Просто не могло. Ни пытки, ни постоянная кормежка вампира такого результата не дают. А вот проклятие - в самый раз... Черт побери! Неужели то, что говорит этот Стив - правда? Но зачем тогда Найджел...
Стив рассмеялся озорно и весело, наблюдая за тем, как изменяется выражение лица Майкла. И этот смех, настолько безумно не соответствовал тому, что Стив делал за несколько минут до этого - что Майкл вздрогнул. Посмотрев на остальных вампиров, он понял одно: они ему не помогут. Они такие же безумцы, как Стив. Но что же им надо от Майкла?