Белка крепко зажмурился в ожидании неизбежного.
По другую сторону Гор Минотавра, в лагере Пендрагонов, раздались крики. Воздух наполнился воплями: «Где король?» и «К бою!»
Мерлин метался в палатке, словно плененный лев, в то время как двух его охранников все больше беспокоил шум снаружи. Наконец они смогли остановить запыхавшегося лучника.
– В чем, черт возьми, дело? – спросил стражник, у которого огромный живот свисал поверх пояса.
– Корабли Его Величества атакованы! – выдохнул лучник. – Церковь заключила тайный союз с викингами! – и он вылетел прочь из палатки.
– Боже Всемогущий! – пробормотал другой страж, запустив руку в сальные волосы. Ему было не больше пятнадцати. – Они собираются напасть на нас!
– Оставайся здесь. Следи за волшебником! – рыкнул дородный стражник, откидывая полог палатки и ныряя в хаос снаружи.
Молодой охранник повернулся, намереваясь повторить пленнику правила, и тут Мерлин набросился на него. Он крепко обхватил руками рот и шею стражника и, пока мальчик бился в его объятиях, пытался вспомнить, кто же научил его этому трюку. Это вполне мог быть Мохаммед Салех Абу-Рабиа аль-Гувайфат. А может, мастер мечей при дворе Карла Великого, чье имя Мерлин никак не мог вспомнить. Оба были отличными учителями.
Мерлин уже почти списал все на уроки мастера фехтования, когда мальчик в его руках наконец потерял сознание. Он мягко опустил тело на землю, забрал у него меч и выбежал из палатки.
Пятьдесят восемь
Нимуэ рыдала над мертвым телом Гавейна. Его кожа блестела от холода; серебристые метки Эйримид тянулись по шее Нимуэ, по ее щекам, однако все было напрасно: он уже ушел. Нимуэ старалась изо всех сил, но ничего не могла сделать: его раны оставались свежими и не желали затягиваться, как и ожоги, покрывавшие тело. Краем сознания она слышала, что снаружи нарастает хаос и кричат солдаты Пендрагонов. Горе пьянило ее, и Нимуэ опустилась на колени, но вскоре горячие слезы уступили место не менее горячей ярости; кипя, словно в котле, она поднималась вверх по горлу и разрывала череп. Нимуэ раскинула руки, полностью отворяя себя Сокрытому, пуская его в тело, разум и душу. Ее рот распахнулся, и неведомо откуда взявшийся туман окутал тело Гавейна, наполнил палатку и хлынул наружу.
Туман огромными волнами плыл по окрестным лесам, обрушиваясь на горы, погружая палатки в густой и гнетущий мрак, отчего паника продолжала расти.
Прежде чем кто-либо успел сообразить, что происходит, Нимуэ выбежала из палатки и прошмыгнула мимо стражи – в тумане Сокрытого они даже не смогли увидеть ее. Перепуганные солдаты проносились мимо, одни кричали: «Где король?», другие – «Король покинул нас!»
Однако в палатке, где Нимуэ оставила Гавейна, творилось то, чего она уже не могла видеть. Крошечные ростки молодой травы обвивались вокруг его тела, точно паутина, прижимая к земле. Через несколько минут, продолжая расти, трава накрыла его плечи и грудь, образовывая нечто, что можно было бы назвать саваном. Вскоре трава полностью закрыла его тело, превращая в мумию.
Снаружи раздалась новая волна криков – Красные Паладины вторглись в лагерь Пендрагонов. Их факелы разгоняли туман, мечи обратились против солдат короля с той же жестокостью, с какой рубили когда-то фейри. Отец Карден возглавлял атаку и кричал в пылу мщения:
– Привести мне ведьму! Найдите ее!
Нимуэ пряталась возле палатки, когда мимо пронеслись два всадника-паладина, затем выбежала на тропинку и снова пригнулась – теперь уже прячась от солдат Пендрагона, которые отступали, отбиваясь от паладинов, пеших и едущих верхом. Она пыталась сообразить, в какую сторону лучше бежать, и тут чьи-то руки обхватили ее сзади. Нимуэ беспорядочно замолотила кулаками, но Мерлин смог перехватить ее руки.
– Лагерь захвачен, – объяснил он. – Давай за мной, уверенно и спокойно.
Мерлин повернулся, собираясь идти, но Нимуэ дернула его за рукав.
– Мы никуда не идем.
– Нимуэ, не глупи!
Однако она не слышала. Развернувшись, она устремилась в туман, в самую гущу сражения, и Мерлину ничего не оставалось, кроме как выругаться и последовать за ней.
– Отец Карден! Отец Карден! – трое Красных Паладинов продирались через туман, таща за собой Моргану. – Мы поймали ведьму! Вот она!
Карден протиснулся через толпу, чтобы посмотреть, но, увидев Моргану, поморщился:
– Идиоты, это не ведьма!