И мне было весело.
Когда ребятам стало скучно на танцах, они приезжали на поле. На девушках все еще были их красивые платья, но парни в основном переодевались. Когда я выпила первый стакан пива, от второго решила отказаться. Я не хотела напиваться и была занята наблюдением за тем, как Хайден общался с другими людьми, чужаками. Это занятие захватило меня.
Он вел себя так естественно. Обаятельный, забавный и, боже правый, все полуобнаженные девчонки липли к нему, желая хотя бы поговорить с ним или присесть рядом. А вот с парнями была совсем история. Они сохраняли дистанцию, проявляя своеобразное уважение, которое обычно порождает страх. Несмотря на то, что Хайден перемещался, он не уходил далеко от того места, где сидела я, словно сам назначил себя моим телохранителем или типа того. И я бы соврала, скажи, что мне это не льстило, но все же переживания на этот счет не оставляли ни на секунду. Не отрывала ли я его от друзей?
Очевидно, именно так думал Гейб.
— Приятно видеть, что он выбрался в люди, — он опустился на мое покрывало, взявшись из ниоткуда, все еще в нарядной рубашке, хотя и успел переодеться в джинсы. Девушка с каштановыми волосами и в жутком фиолетовом платье, обтягивающем тело как перчатка, ждала его неподалеку. — Он только и делал, что вертелся вокруг твоей задницы с самого приезда.
Я нахмурилась.
— Не то, что бы твоя задница того не стоила, но сама подумай! Какой толк ему проводить столько времени с тобой?
Моя хмурость переросла в удивление.
— Определенно вы не обжимаетесь, так в чем дело, Эмбер? Какие у вас отношения?
— Точно не те, что касаются тебя.
Гейб запрокинул голову и рассмеялся.
— Я тебе не нравлюсь, да?
Я подумала, что это глупый вопрос.
— Это я тебе не нравлюсь.
— Это правда. — Он снова рассмеялся и встал. Секундой позже его место заняла Фиби. Я лишь вздохнула.
— Красивые перчатки, — сказала она.
Я посмотрела на них.
— Извини, это Хайден их взял.
— Да что ты? — она махнула рукой влево и стаканчик выпал у нее из руки. — Как мило с его стороны, да?
— Да, наверное.
Фиби сделала шаг вправо, а затем захихикала так сильно, что аж согнулась пополам. Одному богу известно, что успели разглядеть парни, стоявшие позади нее.
Я закатила глаза, а Фиби лишь пожала плечами.
— Что я там говорила? О том, как это мило со стороны Хайдена. Думаешь, он какой-то рыцарь в сияющих доспехах, да? Но он больше похож на темного рыцаря. Этот парень ненормальный. Это точно.
Мои брови приподнимались все выше и выше, пока она говорила. Я задумалась, сколько раз она успела наполнить свой стаканчик.
— Спорим, он не рассказал тебе, почему его вышвырнули из родительского дома, а? Конечно же, нет, — пробормотала она. — Ты не знаешь его, так как я.
— Похоже, тебе пора остановиться с выпивкой, — предложила я в ответ.
— Мне надо пописать, — сказала она, ни к кому конкретно не обращаясь.
— Рада за тебя.
— Ты должна пойти со мной, Эмбер. Девочки не пускают других девочек писать в одиночку на кукурузном поле. — Она рассмеялась и махнула на меня рукой с новым стаканчиком. Я отклонилась, чтобы избежать пивного водопада. — Хотя откуда тебе знать. Готова поспорить, что тебя не часто приглашали на вечеринки.
Я осмотрелась в поисках Хайдена, он стоял с Гейбом и другими ребятами, которых я не знала. Я заметила, что он поглядывает на нас, но я была уверена, что он не слышал Фиби с такого расстояния. И я не хотела мешать ему.
— Ты идешь или нет? — Она икнула и прикрыла рот рукой. — Ох, кажется, у меня отрыжка.
— Как мерзко.
Она захихикала.
— И не говори.
Я бы лучше пробежалась здесь голышом, чем вела Фиби в туалет, но напоминание о девчачьих обязанностях подействовало на меня. Я попыталась его проигнорировать. Но потом снова посмотрела на нее. Девчонка еле на ногах стояла. Была большая вероятность того, что она просто заблудится.
Не то, чтобы это было так уж плохо.
— Эмбер?
Застонав, я встала.
— Пойдем.
Хотя Фиби и пошатывалась, до конца поля она дошла быстро. Чем дальше мы уходили, тем меньше были видны отблески костра. Я оглянулась и смогла разглядеть лишь очертания кустов и деревьев.
Я задрожала.
— Тут тебе достаточно комфортно?
— Ага. Без разницы. — Фиби присела. Вернее она упала, но смогла подняться с грацией, о которой мне не стоило и мечтать. Ее платье задралось, обнажая несколько тонких порезов на верхней части бедра. Это были ровные линии, три подряд, одна за другой. Свежие.