Следующее испытание Колизеем было необычным, перед участниками стояло три задачи, две из которых были скрыты. Как только Терния объявила о начале испытания, перед Ареньщиками на постаменте появилось три зелья. Первая и основная задача заключалась в опустошении содержимого одного зелья.
На этот шаг решился лекарь, и сразу, как только бутылек опустел, он на глазах превратился в монстра. Вокруг него возник барьер, а над головами других участников появилась голограмма с таймером. С началом отсчета поле битвы начало меняться, у каждого было не более пятнадцати секунд на то, чтобы убежать от монстра, заточенного в барьере.
Данное испытание было похоже на догонялки, где на кону стояла жизнь. Помимо Ареньщиков убегающих от лап монстра, было еще парочку мелких и проворных паразитов, с которыми и была связана вторая задача.
Они так и назывались паразит один, и паразит номер два, для выполнения второй задачи нужно было забросить в постамент четырех паразитов. Где за место зелий в центре уже была дыра. Когда Паразит оказывался в руках Ареньщика, он принимал форму обычного меча, и его можно было бросить. Однако если промазать, то он сразу же делал ноги, возвращаясь в свой прежний облик.
Первый этап продлился около часа, Ареньщики уже на грани все же смогли закинуть двух паразитов в образовавшуюся дыру в постаменте. Как только они это сделали монстр, что не знал усталости, вмиг обернувшись обратно в человека, носом клюнул в пол.
После этого на голограмме задач появился третий пункт, который обезнадежил Ареньщиков. Для выполнения его нужно было обратить обратно в человека трех монстров. Выбери они обычную награду в начале пути, то сейчас бы уже все закончилось. Ну а теперь через пять минут отдыха их ждал второй круг смертельных салок.
— Как думаешь, они справятся? — Спросила Анна Ярослава.
— Если честно даже не хочу об этом думать, — ответил он.
— Кстати время уже идет к вечеру, — Привлекая их внимание, проговорила Александра. — Я тут заметила, что в этом городе чувство усталости и сна, к которым мы привыкли в реальной жизни, тоже есть. Как думаете, все бои сразу пройдут? Или будет перерыв до завтра?
— Как бы то ни было, думаю, нас отсюда не выпустят до завершения игр в Колизее, — Снова предположил Кирилл, что не ошибся в прошлый раз.
— Сейчас не это самое главное.
— Ну да, — согласился с Ярославом Вячеслав.
Когда Ареньщики снова устремили свой взор на арену, следующий эликсир в свои руки взял Иван. Тот, кто прибывал в виде монстра в первом раунде, нечего толком не помнил, а самое главное сохранил все свои силы. Поэтому выбор был очевидным, зелье досталось самому уставшему из группы.
После успешного окончания второго этапа, товарищ из союза Вани предложил во время отдыха снова ему использовать крайнее зелье. Но парень отказался, сказав, что это будет неправильно, они с лекарем уже отдыхали, будучи монстром, теперь его черед. Если бы он только знал, чем все это закончиться.
С каждым разом монстр, в которого превращался выбранный Ареньщик, становился опасней. И после поимки пятого паразита и успешного забрасывание его в постамент. Маг стихии молнии был загнан в угол своим же другом в виде монстра, где в ходе битвы лишился жизни. Не эликсиры здоровья, не лечащие умения лекаря, не спасли его.
В результате после обезглавливания мага молнии с течением времени пал и лекарь, который в одиночку попросту нечего не мог сделать, как только убегать.
Когда с обеими Ареньщиками было покончено, боец снова принял человеческий облик. Мелиада, что смотрела на него сверху вниз, прежде чем лишить оставшегося в живых жизни, с удовольствием насладилась его отчаянием и горем.
Тем временем в камере опустив взгляд в пол, Ярослав продолжал повторять одно единственное слово «нет». Пусть погибший парень не был ему так близок как некоторые люди, но все же, это было больно.
Вышедшая на арену четвертая группа сразу же довела Мелиаду до эйфории, их глаза уже были мертвы. От чего она, хищно облизнув губы, уже предвкушала следующие поглощение несчастных.
Спустя некоторое время Ярослав, сидя в дальнем углу камеры рядом с Эльвирой, спросил Вячеслава, когда испытание было окончено, о его результате. Паладин лишь опустив голову, в отрицании покачал головой, а это значило, что никто не выжил.
В итоге к концу первого дня игр в Колизее из четырех групп, где общее число участников было равно десяти, выжил только один.