Чернота и слабое ощущение чьего-то присутствия. Сережка рядом. Не давил, не мешал, просто находился рядом и готов был в любой момент помочь и зафиксировать сигнал.
Я не сразу поняла, что нашла его. Просто в какой-то момент все изменилось, темнота уже не казалась такой пугающе одинокой, и я чувствовала слабое биение. Красный пульс маячка слабо вспыхнул впереди. Но только попыталась сделать движение, чтобы устремиться к братишке, обнять и утешить, как голос Стража меня остановил:
— Не спеши, иначе он сорвется… Зацепись получше. — Дыхание мягко пошевелило волоски у виска, где-то там, в другой моей жизни… но я поняла правильность советов Стража и послушалась… опять.
Хотя вся моя суть, моя сущность стремились туда, где умирало в муках мое детище. Никогда не думала, что щиты могут быть разумными… или это лишь фантазии?
— Не отвлекайся, мы почти нашли его… Еще чуть-чуть… давай, Таня… давай…. мы сможем… Есть! — неожиданно выдохнул Сергей, и я увидела, как маячок ярко вспыхнул, превращаясь в маленькую фигурку Дениса, который стоял на коленях, прижимая руки к ушам.
Мой грозный, полный боли рык смешался с ревом сущности. Кто-то рядом вздрогнул и схватил меня за шкирку. Или он сейчас поймал сущность? Не знаю, сейчас мы одно целое.
— Выходи, Таня… выходи… Ты так нужна ему сейчас.
Не хочу!!! Нет!!! Да кто он такой? Как смеет мне указывать? Не помню, не знаю…
Кто бы это ни был, он должен понять, что я не могу оставить моего мальчика. Ему же так больно и одиноко. Мы создадим ему новый щит. Я смогу, я знаю как…
А голос все продолжал и продолжал говорить, тянул к себе, мешая сосредоточиться.
— Танечка… девочка моя… выходи… прошу тебя… Ты нужна мне. Только рядом с тобой я по-настоящему начинаю жить… Вернись ко мне.
Вернись…
Я ведь помню его…
…зеленые глаза вспыхнули огнем, когда наслаждение достигло наивысший точки… мягкие волосы, в которые до жуткого зуда хотелось зарыться пальцами… нежные губы, что так редко улыбаются, а у него такая мягкая улыбка… терпкий аромат и сладко-острый вкус страсти и силы на губах…
Хмурый Страж… Сережка… мой мужчина… мой наркотик…
И я вынырнула из сложных переплетений магии, чьи нити уже начали опутывать сознание…
Яркий свет ударил по глазам, и я, пытаясь отдышаться, заставила тело и разум прийти в рабочее состояние, но не получилось. Кто-то большой и крепкий стиснул меня в объятиях, начисто отшиб дыхание, которое и так еще не успело восстановиться.
— Господи, как же ты меня напугала.
И быстрые, стремительные поцелуи — в губы, щеки, глаза, скулы — и вновь в губы.
— Прости… Ты засек его?
— Да. — Он рывком поднял меня с дивана и взял за руку. — Закрой глаза.
Закрыла, но вспышка переноса все равно ослепила.
Меня мгновенно пронизал ледяной ветер, но почти сразу этот дискомфорт исчез. Сережка быстро накрыл меня мягким пологом тепла.
Возвратился слух… что-то неприятно загрохотало, редкие крики, топот, вой сирены… чей-то тихий плач вперемешку с глухими стонами…
…Следом проснулось обоняние. Резкая вонь, гарь и копоть, металлический запах крови, от которого свело зубы.
Распахнула глаза и в ужасе застыла от открывшейся передо мной картины.
Мы в центральном парке, на одной из уютных, скрытых от посторонних глаз аллей, которых здесь десятки.
Видно, совсем недавно все было белым-бело от снега, но сейчас пространство медленно покрывалось черными хлопьями, которые продолжали падать с неба. Когда-то тут играли дети, гуляли влюбленные парочки и готовились к празднику люди и маги… мои глаза зафиксировали разноцветные гирлянды, что были безжалостно втоптаны в землю, и яркие новогодние украшения закопченные, смятые и порванные.
И огромную воронку посреди этого великолепия, в центре которой, на раскуроченной земле на коленях стоял Денис, прижав руки к ушам и медленно раскачиваясь из стороны в сторону… совсем как в моем видении.
Сережка меня не держал, и я со всех ног побежала к брату, спотыкаясь на тоненьких шпильках, едва не падая в снег, остановилась лишь на миг, когда увидела на своем пути изломанное, присыпанное землей и снегом тело красивой блондинки. Ее золотистые волосы были окрашены ярко-красным — кровь медленно сочилась из открытой раны на лбу, правую часть лица обезобразил жуткий ожог. Мне даже захотелось зажать нос, лишь бы избавиться от этого противного запаха паленой плоти.