Улыбаясь своим мыслям, я сделала шаг, приближаясь к нему. Но в ту же секунду он отступил назад, удивив своим решением. Будешь сопротивляться до последнего? Ждешь, когда я сама брошусь на тебя с поцелуями? А нет, не то у меня сегодня настроение, сегодня я хочу соблазнять, а не покорятся, сдаваясь на твою милость. Хочешь играть? Поиграем.
Отходя от него на глубину, я сняла с себя бюстье и кунула в ошалевшего от такого поворота мужчину. Звонко рассмеявшись, ушла на глубину. А что, пусть белье подержит, раз трогать меня не намерен. Вынырнув, заметила не сдвинувшегося с места князя. То есть мы очень стойкие войны, да? Закрыв глаза и переговорив с духом авантюризма в своей голове, стянула с себя оставшуюся деталь нижнего белья и бросила ее в Дэрвина.
Тот поймал, посмотрел на меня, на нижнее белье в его руках, снова на меня, осознал, что это значит и в каком виде я сейчас нахожусь в воде, и, размахнувшись, бросил свою ношу на берег. Резко отвернулась, что бы не показывать радости на своем лице и как ни в чем ни бывало, поплыла вдоль берега.
Секунда, вторая, третья, и рядом со мной из воды появляется голова, а затем и тело жениха. Обхватив за талию, он оттаскивает мое тело ближе к берегу, а там подхватывает под ягодицы и тесно прижимает к себе, впиваясь в губы жадным поцелуем. Столько голода в нем, столько нерастраченного желания, что я падаю в эту пучину страсти, отдаюсь без остатка, отвечая на его чувства. Обхватив мужчину за шею, чувствую, как затвердели соски от прикосновения голых тел друг к другу. Губы Дэрвина стали ласкать мою шею, спускаясь все ниже, а я, чувствуя его возбуждение между ног, начинаю тереться об него, пока внутри моего тела все сжимается от предвкушения близости. Стон мужчины вызывает табун мурашек. Вдруг он обхватывает руками мое лицо и серьезно спрашивает:
− Можно?
Засмеявшись, кивнула мужчине, и почувствовав, как меня наполняет жар его тела, не смогла сдержать громкий стон. Как же я скучала, как мне было необходимо все это. Толчок за толчком, и я чувствую, как каждая клеточка наполняется его существом, все в моем теле отзывается на его ласки. Я только его, он только мой, и никто, и ничего не сможет этого изменить.
− Дэрвин− зашептала его имя, клеймя себя, свое удовольствие.
Получив разрядку одновременно с женихом, я удобно устроилась на его плече, пока он заходил на глубину, давая возможность воде обмыть наши тела. Стихия ласкала, убаюкивала, принося спокойствие. Получив легкий поцелуй в макушку, поняла, что мы выходим на берег. Неохотно начала спускаться с мужчины, но он лишь обхватил крепче, вызывая у меня благодарный стон.
− Я рад, что ты снова со мной.
− Я всегда была с тобой, просто мне было необходимо время отпустить все то, что произошло. — поцеловав его в плечо, почувствовала, как все внутри наполняется всеобъемлющим счастьем и любовью.
А в домике нас ждал остывший ужин и мягкая постель, которую мы не покидали всю последующую ночь.
Это был наш персональный рай, в котором мы провели еще четыре дня. Возможно, мы остались бы еще, но остров никуда не денется, а вот терпение князя было на исходе.
− Может ну их, эти традиции, просто сбежим в храм, а наутро объявим всем, что у Барлонведа появилась княгиня? — уже который час уговаривал меня Дэр. Видите ли он почти восемь лет ждал свою суженую, и больше не хочет терпеть ни дня. И это он еще собирался ждать, когда я сама отойду от своей душевной травмы. Вроде взрослый мужчина, рахшаррас почти двух тысяч лет отроду, а все то же детское "хочу".
− Вот спасибо, уже набегалась, и тайно замуж тоже навыходилась. — хмуро намекнула ему на ситуацию с Лендором.
Князь сразу подобрался, губы дуть перестал и просто кивнул в согласии. Вот и все, теперь впереди три месяца подготовки к нормальной княжеской свадьбе.
В тот же день, не откладывая, мы вернулись в замок, разослав письма родственникам будущего мужа с уведомлением, что ждем их через три месяца на свадьбе. Всем остальным гостям приглашения будут отправлены чуть позже, когда списки будут согласованы между братьями и императором Сартарийских земель. Все-таки титул накладывает определенные обязательства.
Не прошло и недели, как к нам в замок ворвались леди Ангория с Риранией. Возбужденные, счастливые, они в первый же день заставили меня окунуться в мир эскизов и выкроек шикарных свадебных нарядов по последней моде Лаэрстагра. Выбор платья занял пол месяца, а его пошив еще полтора. Все это время мне очень не хватало моих родителей и сестер, но людям было бы тяжело находится среди такого количества темных созданий, и было решено навестить их потом, уже будучи княжеской четой Дорсфорти.
Мы никому не рассказали о моем похищении, реабилитации и причастности к смерти князя Барнолама. Поэтому ничего не разрушало атмосферы предвкушения и торжественности приближающегося события.
Я лежала на земле тренировочного поля потная и грязная. Резкий прыжок, и вот уже стою на ногах, прицеливаясь кулаком в своего противника. Выпад вперед, и мою руку снова ловят, дергая себе за спину. Не удержавшись ногами на скользкой от дождя траве, плюхаюсь прямо на мягкое место, тяжело вздыхая.
− Ты к свадьбе на мне живого места не оставишь. — обреченно надула губки, заглядывая в нахальное лицо своего нового друга. До нашей дружбы с Рдаром нам конечно еще далеко, но за эти три месяца, мы с Сордаром сблизились не на шутку.
Мужчина на мое заявление лишь рассмеялся, и частично трансформировав руки, начал угрожающе приближаться, размахивая своими длиннющими когтями, между которых бегали яркие искры. Да, он как и я — жрец. Именно поэтому учить меня прибыл когда-то именно этот рахшаррас. Этот факт сблизил нас еще больше, все же нас таких слишком мало, что бы раскидываться такими знакомствами.
− На тебе все заживет к уже утру, никто из гостей и не узнает, что накануне свадьбы княгиню Тьмы немного потрепал жрец. — загоготал этот неисправимый вояка. Все чаще ловила себя на мысли, что женщина ему нужна, а то все войны, да конфликты, заговоры.
− Может ты наконец расслабишься и дашь завтра какой-нибудь девушке шанс отвлечь тебя от раздачи целебных тумаков моей скромной персоне? — решила аккуратно прощупать почву. Ранее мы никогда не разговаривали о его личной жизни.
Когти исчезли, а мужчина выпрямился, растерянно хмурясь.
− Кларисс, ты конечно хорошая, но давай не будем поднимать эту тему. Могу лишь сказать, что любимая женщина у меня есть. И опережая твой вопрос, сразу отвечу: я не хочу вести ее в храм тьмы, потому что не знаю, сколько мне осталось жить. Я жрец, я воин, моя жизнь — это риск, в ней нет места размеренности и семейному счастью.
Увидев, что я хочу что-то сказать, он упрямо выставил передо мной ладонь, показывая, что разговор окончен.
Вот так, это я девочка и меня до последнего будет защищать муж, брат. А Сордар мужчина, и ответственность давящая на его плечи не дает ему вздохнуть полной грудью. На душе стало как-то грустно, настроение заниматься пропало, в этот момент я искренне желала, что бы войны на Лаэрстагре прекратились, давая возможность всем вздохнуть спокойно.