Она оказалась в непосредственной близости от Балдера и её коготь скользнул по его щеке, оставляя глубокую, но странно не кровоточащую царапину. Он скрежетнул зубами, стараясь не издать ни звука, но его напряжённое лицо и взгляд, полный вины, разрывали моё сердце на части.
— Чего ты добиваешься, ведьма? — мой голос снова прорезал воздух, но в нём больше не было отчаяния. Лишь тихая, глубокая ярость. — Ты хочешь моей силы? Моей души? Или тебе просто нравится убивать всё, что я люблю?
Она захохотала. Смех был сухим, истеричным, но в нём слышался металл.
— Ах, как же ты смешна, дитя! Твоя сила? Твоя душа? Я давно это забрала бы, если бы могла и хотела! Но теперь… Теперь мне нужно кое-что большее, когда я узнала правду. Ты — сосуд для Страха. Это единственное, что мне нужно, чтобы завершить всё, чего я добивалась всю свою жизнь. А эти твои «любимые»… Они — ничто. Просто пешки в этой игре.
Она оскалилась, её коготь всё ещё угрожающе дрожал рядом с горлом Балдера. Мои пальцы сжались так сильно, что ногти впились в ладони, а из уголка губ сочилась кровь от прокушенной губы. Неужели все жертвы только ради возрождения Страха? Я до последнего надеялась, что это вовсе не так. Нельзя же быть настолько прогнившей душой, чтобы вернуть в наш мир то, что погубит всех. Той тварью нельзя управлять.
— Если они ничто, — тихо, но с холодом в голосе произнесла я, — то зачем тебе их убивать? Ты же не просто хочешь моей силы. Ты хочешь, чтобы я сломалась.
— Что ты понимаешь, жалкая девчонка?! — заорала ведьма, её голос наполнился безумием. — Я пошла на сделку с самим дьяволом, чтобы получить эту власть! Ты думаешь, я позволю какой-то недалёкой девчонке, вроде тебя, помешать мне?
В следующий миг она резко подняла руку, и магические путы на шее Балдера натянулись ещё сильнее. Его лицо стало белым, вены на шее вздулись, а руки дрожали от попытки разорвать невидимую ловушку. Сердце сжалось от страха за существо, ставшее мне избранником, несмотря на наши сложные отношения и отсутствие романтики в общении.
— Нет! — крик вырвался из моих уст, и я шагнула вперёд, полностью подавляя свой страх. Внутри меня зашевелилась тьма, горячая и опасная, готовая выплеснуться наружу. — Ты хочешь меня? Тогда оставь их в покое! Я твоя!
Слова прозвучали слишком быстро, но я знала, что другого пути у меня нет. Знала, что она этого добивалась, толкала меня к этому решению. Ведьма замерла. На её лице медленно проступила зловещая улыбка, наполненная победным торжеством.
— А вот это уже совсем другое дело, — она провела когтем по воздуху, и путы вокруг Балдера и остальных ослабли. Мужчины жадно втянули воздух, но их лица всё ещё оставались напряжёнными и испуганными.
— Морана, нет! — прокричал Балдер, его голос был полон боли и отчаяния. Он посмотрел на меня так, словно готов был броситься вперёд, несмотря на своё бессилие. — Не смей этого делать! Она погубит тебя!
— Это не обсуждается, Балдер, — прошептала я, глядя прямо в безумные глаза противницы. — Если я могу спасти вас, я сделаю это.
— Ах, какие трогательные прощания, — прошипела ведьма, её голос звенел от удовольствия. — Но времени у нас мало. Поклонись мне, сосуд Страха, и отдайся во власть своей судьбы.
Я почувствовала, как тьма внутри меня снова закрутилась, готовая вырваться наружу, смешиваясь с моей яростью и отчаянием. Моя рука дрожала, но я сдерживалась, пока не настал нужный момент. Больше медлить нельзя, это мой последний шанс. И уже через мгновение вздыхаю с облегчением — я выиграла нам время.
Раздался оглушительный хлопок, как удар грома в тихом зале. На мгновение всё замерло. Глава Верховного совета тёмных ведьм с удивлением посмотрела вниз, туда, где на её груди расползалось багровое пятно. Оно росло, заполняя тёмную ткань её одеяния, словно ядовитый цветок, распускающийся в ночи. Из её рта тонкой струйкой потекла кровь, алым контрастом выделяясь на мертвенной бледности кожи. Глаза, которые ещё секунду назад горели яростью и торжеством, начали стекленеть, превращаясь в безжизненные, пустые окна. Она пошатнулась, будто сама не верила, что её конец настал, и рухнула на холодный мраморный пол с глухим стуком. Вокруг неё растекалась кровь, смешиваясь с пылью битвы и забрызгивая гладкую поверхность алыми каплями.
Я застыла, не в силах поверить в случившееся. Мой взгляд метнулся к парням. Первое, что нужно было сделать, — убедиться, что магические путы исчезли. К счастью, они действительно ослабли и бесследно исчезли, а мужчины, хоть и потрясённые, были живы и в относительном порядке. Я ощутила, как моё напряжённое сердце отпускает эту тяжёлую хватку, позволяя выдохнуть с облегчением.