Дверь открылась.
— Вздумал мне угрожать, Генрих? Совсем на жизнь плевать?
На плече женщины сидел черный птенец ворона. Будучи взрослым, он был слишком тяжелым и большим, чтобы сесть на плечо. Но ему было интересно, чем же все закончится.
— Я в отчаянном положении, ведьма.
— Для тебя госпожа ведьма, смертный. Будь ты хоть трижды герцогом и один раз императором, я не обязана выполнять твои просьбы.
— Просто прикоснись к нему, скажи, есть ли шанс. Он всего лишь дитя, — он замялся, но всего-таки сквозь зубы выдохнул, — госпожа ведьма.
Поставив бокал на тумбочку рядом с дверью, женщина вышла из дома, присела на корточки перед мальчиком, что смотрел на нее испуганными глазами, и прикоснулась ко лбу, убирая волосы. Его яркие голубые глаза, казалось, стали еще ярче, и тогда все пропало. Темнота. А потом черно-белое видение. Взрослый мужчина с такими же голубыми глазами и темными длинными волосами заносит меч, а в следующее мгновение по земле катится голова. Её голова.
Вздрогнув, женщина резко встала и отошла назад, больно ударившись спиной о косяк, и с испугом смотря на ребенка. Он убьет её. Но в каком случае? Сейчас она находится на перепутье дорог. Либо вылечит его, избавив от проклятья. Либо нет. И в одной из концовок она умирает. А, может, сразу в двух?
Их проклятье похоже. Ведьма видит чужую смерть, прикасаясь к человеку. А мальчик может показать чужую смерть. Но когда она прикоснулась к нему, то видения о мальчишеской смерти не было. Только её.
— Вы сможете помочь? — мужчина был удивлен реакцией Вертэнди. Чем-то она напоминала собственную, стоило увидеть свою смерть.
— Я не знаю, — честно ответила женщина.
Мальчик уставился на неё в надежде на положительный ответ, но она молчала. Он напугал её, так же как пугал всех вокруг. Он знал только два типа людей. Одни боялись, как его матушка и отец, а другие ненавидели, как мачеха. Маленький семилетний ребенок, который не видел в жизни ничего хорошего, озлобится настолько, что, не моргнув и глазом, убьет ведьму и отца.
— Я могу попытаться, но он должен постоянно быть под моим наблюдением. И если что-то пойдет не так, то не гарантирую, что он вернется домой в целости.
— Я могу оставить его здесь, с вами. Здесь должно хватить денег на первое время, вскоре пришлю еще два сундука, чтобы отплатить вам. И если что-то будет нужно, то присылайте мне письма, дам всё, что может понадобиться.
Герцог хотел подтолкнуть мальчика к ведьме, но в последний момент передумал. Не было желания снова попасть в плен проклятья.
— Считаете, что я бедная ведьма, у которой не хватает денег на жизнь? Мало того, что угрожаете, так еще и оскорблять смеете?! — возмутилась Вертэнди, открывая дверь в дом.
— Извините. Прошу прощения, госпожа ведьма, я не хотел вас оскорбить.
— Но сундуки все равно пришлите. В знак вашего раскаяния.
Подтолкнув мальчика к двери, женщина вошла следом, и дверь захлопнулась прямо перед лицом и герцога. Он выдохнул с облегчением. Пришлось унижаться, но чего не сделаешь, чтобы сохранить свою жизнь?
В доме осталась ведьма, маленький мальчик и фамильяр, который принял облик большого пса.
2
Было раннее утро, и Вертэнди бы еще спала часов семь, если бы не соседские петухи, фамильяр-птица и мальчишка в соседней комнате. Будучи черным попугаем, Уайт упрямо тыкал спящую женщину клювом в правую щеку, чтобы разбудить её. И, нехотя, ей пришлось вставать и идти на кухню, чтобы приготовить завтрак ребенку. Надо было вчера спросить, что из еды он предпочитает, но остаток вечера прошел в угрюмом молчании. Как раз было время для ужина, но ничего из приготовленного на кухне не было, поэтому Эйс съел немного печенья с шоколадом и пошел спать в приготовленную для него комнату. Уснул он очень поздно, позже двух часов ночи, женщина проходила мимо его комнаты пару раз, наводя дома порядок, и видела, что он ворочался, но когда она зашла его проведать перед тем, как самой идти спать, он уже уснул.
На кухне почти ничего съедобного не было, так что Верти пришлось импровизировать.