Некоторые хиппи остановились. У одного из них уже заплыл глаз.
– Десять, девять… – Юджин снова опустил лезвие пилы, отрезая от бревна еще один двухдюймовый круг.
Теперь начали вопить закованные в цепи мужчины.
– Ну? Есть у кого ключи? – громко спросил Юджин.
Вперед вышел мужчина, доставая из кармана ключи.
– Успокойся, чувак.
– Это мне успокоиться? Мне? – заорал взбешенный Юджин. Хиппи вставил ключ в замок наручников. Мужчины принялись растирать запястья, все еще сидя на корточках. Юджин выключил пилу.
– Чувак, вы же сами себе вредите, – сказал один из хиппи.
– Пошел ты на хер, – выплюнул Юджин.
– Ты что, думаешь, им на вас не насрать? Да вы себя сами работы лишаете.
Юджин подался вперед.
– Пошел. На хер.
Он заставил оставшихся хиппи откатить бревна на обочину дороги. Рич хотел вернуться в грузовик, но дорогу ему перегородил стоявший в дверях Лью.
– Мой брат не возьмет этого засранца с собой в море даже за миллион долларов. – Он кивнул в сторону Юджина.
Пила Юджина застряла в бревне, слишком тяжелом, чтобы сдвинуть его с места, и пока все ругались и разбирались, что с этим делать, хиппи воспользовалось моментом и рванули с места. Парни помоложе бросились вслед за ними.
– Оставьте их, – крикнул Дон. На дороге осталось только двое хиппи, поддерживающих под руки третьего – ему сильно разбили голову.
– Чувак, ты должен отвезти нас в больницу.
Дон фыркнул, зажал пальцем ноздрю, высморкался кровью на дорогу.
– Город в той стороне.
– Пошли, – сказал второй хиппи своем другу. Все трое заковыляли прочь. Вся бригада забралась обратно в грузовик, и они покатили по дороге, медленно набирая скорость. Загрохотал гравий. Настроение поднялось – они возвращались домой победителями. Чуть позже им придется ставить тут погрузчик, чтобы положить бревна обратно в лесовоз, но пока до этого никому не было дело: все радостно улюлюкали и орали. Когда грузовик проехал мимо трех хиппи, все начали весело стучать в стекла. Раненный мужчина теперь шел самостоятельно. На дорогу вылетел Харви с включенной сиреной. Голова Рича пульсировала в том месте, где вскочила шишка размером с куриное яйцо.
Оказавшись на парковке лесопилки, Рич достал из кармана ключи, а вместе с ними и записку. Вот черт. «Забери Карпика с продленки, 5:30. Не забудь», – прочитал он записку голосом Коллин. Школа, должно быть, уже ей позвонила.
Рич завел пикап, на мгновение откинулся на спинку кресла. Голова разламывалась. Дома надо будет приложить лед.
Он включил первую передачу, в голову сами собой пришли строчки песни:
«Наша земля – это куча работы, вот что такое наша земля».
Дождь хлестал по крыше пикапа, заливал ветровое стекло – даже дворники не помогали. Ливень начался тут же, как они вышли от Хелен.
– Ты все это время ждал у школы? – спросила Коллин. Карпик кивнул. Рич никогда раньше его не забывал. Может, стоить заехать на лесопилку? Но Гейл бы сказала, если бы что-то случилось, правда? Беспокойство пульсировало в голове Коллин – пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста – настолько всепоглощающее, что когда она въехала на подъездную дорожку и увидела его пикап, припаркованный перед домом, то даже не сразу разозлилась. Карпик исчез в своей комнате. Рич лежал на кровати поверх покрывала, так и не сняв рабочую одежду.
– Ты забыл про Карпика? – гневно спросила Коллин.
– У меня чертовски болит голова. – Рич сощурился на нее, затем уронил голову назад на подушку.
– Голова болит? Ты про своего сына забыл!
– Я выбил плечо, – объяснил Рич. – А хиппи перекрыли дорогу. «Спасите Проклятую рощу» и все такое.
– Опять? – спросила Коллин. Он потянулся за обезболивающим, лежащим на прикроватной тумбочке. – Больше двух таблеток нельзя. – Она забрала у него лишние таблетки, схватила пустой стакан, наполнила его водой из-под крана в ванной и сунула Ричу.
– Спасибо. Ты в порядке? – уточнил он.
Коллин стоило бы злиться – купил семьсот двадцать акров земли и не сказал ей! – но она сдерживала слезы с тех самых пор, как увидела пеленку, свисающую с бортика колыбели в детской Хелен.
Рич поднял свободную руку.
– Иди ко мне.
Коллин подползла к нему, и Рич откинул волосы у нее со лба. От него пахло опилками и бензином. Он взял ее за руку, положил ее ладонь на шишку.
– Что случилось? – спросила она.
– Хиппи очень своеобразно демонстрируют свой пацифизм. – Коллин скользнула рукой вниз по его шее. – Сегодня на Ребре я видел трех мертвых оленей. Они просто лежали на поляне, на них ни царапины не было. – Он неловко поерзал, устраиваясь поудобнее, со свистом втянул воздух сквозь зубы. – В общем, я упал. Облажался по полной.