-Не пойму, как силы могут быть настолько похожи?
-Не совсем так. Аспид принес издавшее последний вздох тело на гору, и просил духа о ритуале. Но взамен, требовалось отдать часть драконьей силы, дабы залатать поврежденные части. Драконы славятся мощной регенерацией. Видимо это стало спусковым крючком.
-Связаться с ним было большой ошибкой, -Милан зол. Всегда считал Аспида раздражающим созданием, чрезмерно самовлюбленным и заносчивым. Теперь стало известно о трагической судьбе Мирай, и наверняка дракон использовал ее для корыстных целей, о которых еще предстоит узнать. –Идемте домой. Хватит с вас приключений. Все равно прошлого не изменишь.
-Как можешь такое говорить зная о пророчестве? Мы обязаны сделать все возможное, и помешать дракону переродиться в демона. От нас зависит судьба всего мира!
-Там сказано, как сделать это? –Мирай отрицательно покачала головой. Знала только одно, о чем промолчала: только богине Жар-птице под силу справиться с ним.
Милан поддержал Мирай под руку, помогая подняться. По внутренним ощущениям прошло немного времени и возможно Аспид не успел покинуть деревню. Обратно шли быстро и уверенно. По мере приближения к окраинам, заметили необычайную активность. На улицах среди напряженных горожан, шныряли военные, когда те занимались обычными делами: уборкой огородов, ремонтировали дома.
Чувствовалось напряженность и косые взгляды. Среди серости и бедности, их одежды выглядят поистине великолепно и дорого. Об их прибытии стало известно всем за считанные минуты. Им на встречу шла женщина в черном. Лицо выражало приветливость, улыбка располагала. Однако было во взгляде нечто безумное, будто, наконец, приблизилась к тому, о чем грезила.
-Приветствую Вас, госпожа и господин, -обратилась вежливо, слегка склоняя голову. Представившись как Мария пригласила отобедать дорогим гостям с дороги. Мирай смущена. Отчего такое внимание, и всем ли положен теплый прием? Или только им? Милан будучи обычным лесным духом, предвкушая подвох все же поддался, поскольку не знал человеческие обычаи.
-Сегодня особенный день, -сообщила Мария. -Сегодня праздник порядка и процветания. Жители много молятся, чинят жилища, надеясь получить благословение богов, которые помогают восстановить разрушенное войнами и вторжениями.
Милан и Мирай как заколдованные шли за ней в богатую усадьбу с роскошным садом. Пахло миндальными кустами и персиками, вызывая знакомые чувства. За обедом состоялось представление музыкантов и артистов по мотивам детской сказки о демоне, проникающем в комнаты девушек, что не закрывают окна на ночь. Мария пояснила, что после нашествия дракона деревня долгое время собиралась по кусочкам, и об этом нужно помнить и быть начеку.
-Красиво, -сказала Мирай наблюдая за представлением о противостоянии добра и зла. Хотя на душе гадко, ведь прекрасно понимала о ком слагается история.
-Да, философская притча, есть над чем подумать, - сделал глоток вина, и продолжила будто рассуждает сама с собой. –Человеку сложно отличить друга от врага, добро от зла, правду от лжи.
Мирай кивнула, продолжая слушать. Мария сделала акцент на слове «человек», действительно ли не понимает кто перед ней? Или убивает бдительность пустыми разговорами? Все крайне странно, но оба продолжают сидеть за столом как завороженные.
-Взять к примеру, нашу деревню, -продолжила. –Было счастливое время, когда славились по всей округи плодородием, семьи жили в достатке, дети играли на улицах. Жизнь была прекрасна. Но много столетий назад, пришла беда. Крылатый змей разрушил все, что создавалось тяжелым трудом, оставив обломки и пепел.
Мирай замерла понимая, что речь идет о ней. Глаза заволокло дымкой, в памяти ожили образы, воссоздавая события того дня: девушка пронзает грудь клинком, кровь капает в «Озеро жизнь», дракон извергает пламя, оглушающе рыча.
-В тот злополучный день отказался от скромных подношений, затребовало чудовище молодую, красивую девушку, взамен на жизнь всех остальных. Да, видно пролитая ею кровь вскружила окончательно голову, -подчеркнула Мария, поднимая хитро глаза на Мирай. –Имя монстра стерлось из памяти, но произошедшее не сотрешь из истории.
Зазвучали тонкие, пронзительные звуки инструментов разрывая временные ткани, проникая в память, вытаскивая оттуда давно забытое: Она стоит в белом платье, богато украшенном рубинами и жемчугом. Губы едва шевелятся напевая песенку прежде чем увидела на горизонте дракона:
Сияньем лунным озарён,