Слыша, как шёпотом солнце с землёй говорило,
Грудью вбирая лучи, что подарит Ярило…
И слушало небо эту песню, а ветер далеко уносил слова, может быть, и вправду волшебные. Да вроде и не о том вовсе пелось. Но небо смилостивилось, перестало грозно хмуриться и пропустило первые лучи солнца. Осветило израненную землю, и солнечные зайчики запрыгали по мокрой листве, ослепляя.
Слившись со снежной пустыней единым покровом,
Преображения жду на закате багровом…
Замолчал старик. Метелица подошла и поклонилась ему в ноги.
– Здравствуй, Морены дочь. Тихо! Тихо! Не называй мое имя. Не время ему еще здесь звучать! Мальчишка встал, подошел к ведьмаку и бросил два тяжелых кошеля к его ногам. Затем вернулся к старику и встал рядом.
– Это твоя награда, ведьмак. Долго мы пытались это гнездо зла выжечь, да не подобраться к ним было. А о матери не горюй, не по своей воле она баньши стала. Душа ее теперь свободна. Придет время, и она возродится беззаботной девочкой. Будет бегать по весенним лугам, а Счастье и Удача будут бежать рядом с ней.
– Но хоть ты и уничтожил алтарь, не он был твоим проклятием. Корни его тянутся к югу. Туда, где цветут персики, там твоя родина, там и ищи ответы. Больше не могу ничего тебе сказать. Тебе на юг, а нам с Метелицей на север. Ей долго спать придется, пока восстановятся ее силы. Но у вас есть один день и одна ночь, прежде чем ваши пути разойдутся. Метелица снова поклонилась старику и потянула Любомира за собой прочь.
– Пойдем, ты весь изранен, пойдем!
Вся спина ведьмака была усеяна осколками камня. Нелегко было их вытащить. Любомир терпел, молчал, стиснув зубы. Происходило это на хуторе, и Метелица, среди грубой, деревенской обстановки, казалась экзотической птицей. Меч отца лежал рядом. Все, что осталось в наследство юному князю.
– Все, мальчик, можешь вставать, – произнесла Метелица, отбрасывая окровавленные тряпки. Встала с кровати. Но Любомир внезапно повернулся, схватил ее за руку, приблизил лицо близко-близко и прошептал хрипло:
– Я уже давно не мальчик, Метелица… Соприкоснулись губы. Потянулись друг к другу сердца. Никогда еще не был ведьмак таким нежным. Никогда еще Метелица не была так счастлива. И охранял их покой белый волк, высунув розовый язык из зубастой пасти.
Утро затопило землю розовым рассветом, и они отправились в дорогу. Метелица на север, чтобы сохранить под сердцем зародившуюся жизнь. Любомир на юг, чтобы снять проклятие и вернуться после к своей нареченной. А мертвая рыжая кошка, спрыгнув с рассохшейся яблони, последовала вслед за ведьмаком.
Мир, которого нет, Бродит где-то в тумане, С новой мыслью зари и неведомым словом. Мир, которого нет, Вспыхнет из заклинанья, Он войдет в нашу жизнь и станет нам кровом.
Мир, которого нет,
Он уже у порога,
Неожиданным гостем проделав свой путь.
Мир, которого нет,
Разрастется премного,
Ритмом будущих дней хочет ярко плеснуть.
Мир, которого нет…
Он стоит рядом с нами,
Словно тень-невидимка, скрывая ответ
На вопрос: «Будет что?
Вдруг взорвав мирозданье, Он войдет сквозь пролом — мир, которого нет.