Он отпустил меня. Отвернулся.
— Я не хочу этого. Не хочу быть связанным. Не хочу... чувствовать то, что чувствую.
Тишина.
Я стояла, тяжело дыша.
Потом тихо:
— А что ты чувствуешь?
Он не оборачивался.
— Не важно.
— Важно.
— Нет!
Он развернулся. Посмотрел на меня.
И я увидела в его глазах то, что он пытался скрыть.
Не ненависть.
Смятение.
Он сам не понимал, что чувствует. Гнев смешивался с чем-то другим. Тёмным, запретным.
Арей резко отступил. Провёл рукой по лицу. Отвернулся к окну.
— Иди. Мне нужно побыть одному.
Голос глухой, задушенный.
Я постояла секунду. Хотела что-то сказать.
Но слов не было.
Развернулась и вышла.
Остаток дня я провела в своей комнате.
Лежала на кровати и смотрела в потолок.
Связь пульсировала, тяжёлая и болезненная.
Арей был где-то далеко. Не в Академии. Я чувствовала его движение — он шёл быстро, почти бежал.
Куда? Зачем?
Не знаю.
Но его гнев был осязаемым. Горячим, удушающим.
Он злился на себя. На меня. На судьбу.
Я закрыла глаза.
Может, он прав. Может, мы действительно несовместимы.
Огонь и вода.
Ненависть и гордость.
Как нам работать вместе, если мы не можем находиться рядом без желания убить друг друга?
Стук в дверь вырвал меня из мыслей.
— Войдите.
Дверь открылась. Вошла Малика — моя соседка по этажу. Светлые волосы, улыбчивое лицо.
— Привет. Ты не пойдёшь на ужин?
Я посмотрела в окно. Уже темнело.
— Не голодна.
— Стефания, — Малика подошла ближе. — Ты целый день здесь. Все говорят...
Она замолчала.
— Что говорят?
— Что ты и Фалькре связаны кольцами. Что вы тренируетесь. Что Хранительница пытается вас спасти.
Я села на кровати.
— И что ещё говорят?
Малика села рядом.
— Что вы оба обречены. Как Элиза и Талан.
Холод сковал грудь.
— Мы не умрём.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что у нас есть пара. У них не было.
— Но вы ненавидите друг друга, — Малика посмотрела на меня. — Все это видят. Вы не можете находиться в одной комнате без ссоры.
Она взяла мою руку.
— Говорят, что кольца убивают тех, кто отвергает связь. Но они также убивают тех, кто не может принять её по-настоящему.
Я выдернула руку.
— Я не отвергаю связь.
— Но и не принимаешь. Ты сражаешься с ней. Как и он.
Малика встала.
— Я не хочу, чтобы ты умерла, Стефания. Ты единственная здесь, с кем я могу нормально разговаривать. Поэтому прошу — найди способ. Найди способ принять это. Или хотя бы сделать вид.
Она вышла.
Я осталась сидеть на кровати.
Прижала ладонь к груди.
Кольцо пульсировало под пальцами.
Тёплое. Живое.
Может, Малика права.
Может, проблема не в том, что мы разные.
А в том, что мы слишком упрямые, чтобы принять неизбежное.
Вечером я спустилась в библиотеку.
Не могла больше лежать в комнате.
Прошла к дальним стеллажам. Достала книгу наугад. Села у окна.
Читала не вникая. Слова скользили мимо сознания.
Часы шли.
За окном стемнело совсем.
Я уже собиралась уходить, когда услышала шаги.
Обернулась.
Арей стоял в проходе между стеллажами. Мантия промокла. Волосы влажные от дождя.
Мы смотрели друг на друга.
Он первым заговорил.
— Извини. За сегодня.
Я закрыла книгу.
— За что именно?
— За то, что сорвался. Накричал.
Он подошёл ближе. Остановился у стола.
— Ты была права. Я боюсь. Потому что не могу себе позволить. Если я сдамся, всё рухнет. Моя семья. Моя мечта. Всё, ради чего я здесь.
Тишина.
Арей сел на стул напротив.
— Я думал. О том, что сказала Хранительница. О синхронности.
Он положил руки на стол.
— Мы не сможем действовать вместе, если будем бороться друг с другом. Нужно найти общий ритм. Общее дыхание.
— Как?
— Не знаю. Но должен быть способ.
Он посмотрел в окно.
— Моя магия — огонь. Она вспыхивает быстро. Сильно. Но быстро гаснет.
Повернулся ко мне.
— Твоя магия — вода. Она медленная. Но устойчивая. Постоянная.
Он протянул руку.
— Может, нам нужно не подстраиваться друг под друга. А найти баланс.
Я посмотрела на его руку.
Потом на его лицо.
— Ты хочешь попробовать? Сейчас?
— Почему нет?
Я колебалась.
Потом положила свою руку в его.
Связь вспыхнула мгновенно.
Но на этот раз я не сопротивлялась. Просто дышала. Позволяла магии течь.
Арей закрыл глаза. Сделал глубокий вдох.
Я почувствовала его магию. Горячую, яркую. Она пульсировала в такт его сердцебиению.