— Поэтому Совет предлагает компромисс. Вы остаётесь в Академии. Но под постоянным наблюдением. Каждый день вы будете проходить проверку у Хранительницы. Любое усиление связи — и вас немедленно изолируют.
— Изоляция убьёт нас, — я сжала кулаки.
— Возможно. Но спасёт остальных студентов.
Гнев вспыхнул во мне.
— Вы не имеете права—
— Имеем, — перебил главный старейшина. — Мы отвечаем за безопасность Академии. И если выбор между двумя студентами и сотнями других, мы выберем сотни.
Арей схватил мою руку. Остановил меня от выпада вперёд.
— Мы согласны на наблюдение, — сказал он ровно. — Но не на изоляцию. Мы докажем, что связь стабильна.
Старейшины переглянулись.
Главный кивнул.
— Хорошо. У вас есть две недели. Каждый день — проверка. Если за это время не произойдёт инцидентов, обвинения будут сняты.
Он сел обратно.
— Но если связь станет нестабильной хотя бы раз, решение будет окончательным. Изоляция. Без права обжалования.
Тишина опустилась на зал.
Две недели.
Четырнадцать дней, чтобы доказать, что мы не угроза.
— Мы согласны, — Арей сжал мою руку.
— Тогда идите. Хранительница проведёт первую проверку через час.
Мы развернулись и вышли из зала.
В коридоре Арей прислонился к стене. Закрыл глаза.
— Две недели.
Я стояла рядом. Чувствовала его усталость, разочарование, гнев.
— Мы справимся.
Он открыл глаза. Посмотрел на меня.
— Ты слишком оптимистична.
— А ты слишком мрачный.
Хранительница вышла следом за нами. Подошла.
— Они боятся, — сказала она тихо. — Смерть Элизы и Талана напугала их. Они не понимают природу связи, поэтому считают её угрозой.
Она положила руку мне на плечо.
— Но вы справились сегодня. Доказали, что можете контролировать магию. Это важно.
— Но недостаточно, — Арей оттолкнулся от стены. — Они всё равно хотят изолировать нас при первой возможности.
— Тогда не давайте им этой возможности. Держите связь стабильной. Не позволяйте эмоциям вырваться наружу.
Она посмотрела на наши руки — всё ещё сжатые.
— И будьте осторожны друг с другом. Близость усиливает связь. А сильная связь может стать опасной.
Жар поднялся к лицу.
Арей отпустил мою руку.
— Мы понимаем.
Хранительница кивнула.
— Тогда идите. Отдохните. Через час жду вас в моём кабинете для первой проверки.
Она ушла по коридору.
Мы остались вдвоём.
Арей посмотрел на меня.
— Нам нужно поговорить.
— О чём?
— О том, что случилось ночью.
Сердце ёкнуло.
— Арей—
— Нет. Выслушай меня.
Он провёл рукой по волосам. Жест нервный, непривычный для него.
— Я не должен был целовать тебя. Это было неправильно. Необдуманно.
Слова резанули.
— Понятно.
— Нет, ты не понимаешь, — он шагнул ближе. — Я не жалею об этом. И это проблема.
Я подняла взгляд.
Его глаза были тёмными, полными смятения.
— Ты из рода Дорн. Я из рода Фалькре. Наши семьи враждуют веками. Я не должен хотеть тебя. Но хочу.
Он взял мою руку. Поднёс к губам.
Поцеловал костяшки пальцев.
Жар обжёг кожу.
— И это сводит меня с ума. Потому что я не знаю, где заканчивается проклятие и начинаются мои настоящие чувства.
Связь пульсировала между нами. Тёплая, настойчивая.
— Может, проклятие и есть настоящие чувства, — прошептала я.
— Или настоящие чувства — это проклятие.
Он прижал мою ладонь к своей груди. Я чувствовала его сердцебиение.
Быстрое. Неровное.
— Но Хранительница права. Мы должны быть осторожны. Близость усиливает связь. А если мы потеряем контроль...
— Нас изолируют.
— Да.
Он опустил мою руку. Отступил на шаг.
— Поэтому нам нужно держать дистанцию. Хотя бы на эти две недели.
Холод пополз по груди.
— Дистанцию.
— Да. Никаких... прикосновений. Поцелуев. Ничего, что может усилить связь.
Он отвернулся.
— Мы должны доказать Совету, что контролируем ситуацию. А для этого нужно контролировать себя.
Гнев вспыхнул во мне.
— Значит, ты притворишься, что ничего не чувствуешь? Снова станешь холодным высокомерным наследником?
— Если это поможет нам выжить — да.
Он посмотрел на меня через плечо.
— И тебе нужно сделать то же самое. Притворись, что между нами ничего нет. Что ты всё ещё ненавидишь меня.
— Я не могу притворяться.
— Можешь. Должна.
Он развернулся ко мне полностью.
— Потому что если Совет увидит, что мы... близки... они решат, что связь слишком сильна. И разлучат нас.