Вьюн инстинктивно оскалился, а хваст его начал двигаться из стороны в сторону, выдавая раздражение.
— Кто ты такая? — зашипел «кот» угрожающе. — Это ты позвала меня? Откуда тебе известен зов моего народа???
Старуха каркнула, что можно было расценивать, как усмешку.
— Я пришла предложить тебе сделку, — проговорила она, медленно приближаясь к парню шаркающим шагом. — Ты ведь очень хочешь вернуться домой, не так ли?
Глава 42. Тяжелые думы…
Наступили странные дни. Эвери чувствовала нутром, что с принцем что-то не так и старалась меньше мозолить ему глаза, хотя ей не раз за последнее время приходилось выполнять мелкие поручения Кристофера. Она ведь адъютант все-таки!
Но он обещал обучать ее магическим искусствам, поэтому ежедневно призывал девушку в свой огромный шикарный кабинет с сокровищами в виде книг и… заставлял стоять около него, пока он работает! Странное обучение, однако…
Иногда Эвери стояла час, иногда два.
Устав рассматривать затянутые тонким шелком стены, многочисленные резные полки на книжных шкафах, свитки и стопки, девушка переводила взгляд на принца и… снова наслаждалась.
Что??? Она уже наслаждается от одного его вида???
Эвери тяжело сглотнула, чувствуя, как сердце трепещет в груди, словно птица в клетке. С каждым днем ее пугающие чувства к принцу Кристоферу неумолимо росли. А еще у нее постоянно болел безымянный палец, который она уже устала потирать и разминать в попытке отвлечься от этой боли…
Мэтт, который и так всегда ее недолюбливал, сейчас стал вообще мрачнее тучи, и в последние дни при виде Эвери просто отворачивался.
Девушка чувствовала нарастающее беспокойство и напряжение. А вдруг они… догадываются о ее тайне? Это пугало до дрожи…
Через десять дней, когда Эвери в очередной раз стояла, словно телохранитель, около Кристофера и неспешно скользила взглядом по его напряженному профилю, он вдруг замер и стремительно поднял глаза, тут же уличив Эвери в разглядывании.
Она покраснела и опустила взгляд, но было уже откровенно поздно…
— Эвери, можешь идти… почитать… — вдруг проговорил принц, но прозвучало это так холодно, словно Кристофер ее отчитал.
Смутившись еще сильнее, девушка отправилась к удаленному креслу, около которого на невысоком столике лежали книги, присела в него и принялась листать первый попавшийся том.
Это был путеводитель по столице Ашервана — Лозании. С картинками, картами и описаниями, яркий и интересный, поэтому Эвери просто пропала…
Кристофер же отложил перо и напряженно уставился на своего златокудрого адъютанта, с огромным интересом на лице погрузившегося в чтение. С чего, правда, было столько любопытства во взгляде мальчика, принц понять не мог: всего лишь скучный и устаревший справочник…
Эвери подогнул под себя ноги и грациозно облокотился об подлокотник. Его глаза мелькали по строчкам с завидной скоростью, а кончик языка периодически высовывался изо рта, когда он напряженно рассматривал карты и иллюстрации…
Кристофер поймал себя на том, что любуется им, как если бы он был статуей, украшающей вход в библиотеку. С таким увлеченным выражением на лице Эвери мог бы прослыть божеством науки или искусства…
Гибок, смазлив, изящен, ярок и искренен…
Вот только…
Принц вдруг помрачнел, тяжело сглотнул и опустил взгляд на свои опостылевшие документы.
Он до сих пор не мог забыть тот голодный и очень красноречивый взгляд, которым Эвери одарил его в ресторанном чулане. Могло ли Кристоферу просто показаться? Может, это просто глупые подозрения и не более того?
Выдохнул и снова украдкой посмотрел на мальчика. Думать о нем плохо не хотелось. Может, Крис сам совершил какую-то ошибку? Или…
Пришедшая в голову мысль заставила нервно дернуться мышцу на его лице.
А вдруг именно об этой болезни так усердно твердил Аскольд де Рошхэн? А вдруг Эвери давно уже… любит мужчин?
Мысль выглядела настолько отвратительной, что Кристоферу пришлось сжать пальцы в кулаки и сцепить зубы, чтобы вынести ее.
Нет, Эвери — искреннее, кристально чистое и незамутненное создание — не может быть испорченным извращенцем! Не может…
Но червь сомнения никуда не уполз.
Сидел на месте и упорно точил душу Кристофера, оставляя неожиданно глубокие кровоточащие раны…
***
Очень удачно поступила жалоба о нападении разбойников на ряд поселений в пригороде столицы: уставшему от тяжелых дум принцу Кристоферу отчаянно хотелось развеяться.