Земля, выбранная для Джека, находилась на самом краю Тайного Леса и представляла собой большое поле с ароматной темно-коричневой почвой, в которой, кажется, пророс бы даже камень.
Сказать, что Джек обрадовался, значит, ничего не сказать. А Мирайе окончательно сделал его день, показав большую тележку с садовыми инструментами и целой горой миниатюрных пакетиков с разнообразными семенами. Многие из них были ему знакомы, но были и такие, которых он никогда раньше не видел: необычайно ярких оттенков, круглые или в форме звездочек, обещавшие со временем выдать что-то совершенно невероятное.
Он взялся за работу с пылом, с каким, наверно, еще никогда в жизни ничего не делал. Ему и дома нравилось садоводство; будь у него возможность, он бы только этим и занимался, но Герберт не мог в одиночку справляться со всем хозяйством, поэтому сад у них был крошечный и далеко не такой богатый и уютный, каким он мог бы сделать его при должных усилиях. Теперь же, в Диамондике, он был полностью предоставлен самому себе, и ничто не мешало ему посвятить этому делу все свое свободное время.
Он даже не заметил, как проработал до вечера. Один из ноктов в положенное время принес ему обед в корзинке, с которым он расправился за каких-нибудь полминуты, после чего с новыми силами вернулся к работе. Его гладкий нарядный костюм быстро утратил свой респектабельный вид, местами выпачкался в земле, а местами даже протерся, но он не обращал на это внимания. Он просто упивался своим счастьем.
Небо над его головой постепенно окрасилось в пронзительный оранжево-вишневый фонтан, а он все еще возился с одной из грядок, тщательно подравнивая почву вокруг нее, не давая даже сейчас выглядеть неаккуратно. И как раз в этот момент позади него раздался знакомый улыбающийся голос:
- А ты шустрый. Не ожидал, что столько сделаешь за один день.
Джек мгновенно подскочил, обернулся и увидел Малфреда около тележки с семенами. Тот, как всегда, с интересом наблюдал за ним, одетый с иголочки, но при этом удивительно органичный в этой обстановке. Даже странно становилось от того, насколько хорошо он смотрелся на фоне обработанной земли и темнеющего чуть поодаль густого леса.
Джек совершенно не ожидал его появления, поэтому растерялся с ответом и в итоге вовсе решил ничего не говорить. Малфред тем временем взял из тележки один из пакетиков с семенами и задумчиво осмотрел его:
- Ты уже посадил что-нибудь?
- Да.
- Что именно?
- Ромашки, маргаритки и бромелии.
- А где?
- Пока только вон там: на круговой грядке.
- Отлично. Посади в середину вот эти три зернышка.
- Они странно выглядят. Что это?
- Уверяю тебя: не пожалеешь. Это Золотая Нанибелла, красивейший цветок и очень редкий. Ночью приобретает мягкое свечение и освещает всё вокруг в радиусе двух метров. С ней твоя композиция станет безупречной.
Как ни поразительно, Джек совсем не рассердился из-за непрошеного вмешательства. Участие вампира даже было ему… приятно?
- Ладно. Поверю на слово, - он подошел и забрал пакетик. Малфред как будто усмехнулся, но Джек не был уверен: почему-то было неловко смотреть ему в лицо.
Посадив зерна Нанибеллы – шершавые и круглые, как самодельные конфеты – Джек выпрямился и отер грязной рукой пот со лба. С удивлением обнаружил, что Малфред все еще ждет его возле тележки, наблюдая нечитаемым взглядом. Его глаза в сиянии заката казались особенно мистическими, почти пугающими. Но Джек не боялся. Только удивлялся про себя этому чуду и следил за тем, чтобы не забыться, как в тот раз.
- Думаю, ужин сейчас будет кстати, - сказал, наконец, вампир, внимательно изучая. – Ты выглядишь измотанным.
- Да, я устал. Но я счастлив. Это прекрасная земля. Я благодарен за нее.
Губы Малфреда снова еле заметно дрогнули, но он снова сдержал улыбку: видимо, не хотел сердить этим Джека, хотя сейчас парень вряд ли бы разозлился.
- Рад, что ты доволен. И все же ты сделал для меня больше.
- Я не старался. Так само получилось.
- И все-таки я благодарен тебе. Даже очень. Идем.
Джек не стал возражать. Он был доволен этим днем и его завершением, как ни странно, тоже.
На следующий день Малфред снова не появился на завтраке, но Джек в этот раз не сильно обеспокоился. Вчерашней встречи ему с лихвой хватило, чтобы на время перестать бояться его исчезновения, да и голова его сейчас была забита совсем другими мыслями.
Он полночи не спал, обдумывая облик своего будущего сада, разрабатывая всевозможные ландшафтные детали и способы, с помощью которых их можно было привести в действительность. В итоге ему пришлось даже встать и, включив настольный светильник, набросать несколько схем в альбоме, имевшемся, к счастью, в одном из ящиков его шкафа.
Утром он не хотел даже тратить время на завтрак, но все-таки заставил себя утихомириться, так как работа ему предстояла не самая легкая. Наконец, он вернулся на поле, ставшее ему за какие-нибудь сутки почти родным, и немедленно взялся за дело.
Вчера он обработал лишь четверть земли, сегодня надеялся осилить еще столько же и, таким образом, сделать всю тяжелую работу за четыре дня, а затем уже сосредоточиться на более тонких моментах. Он уже продумал весь экстерьер, тщательно рассчитал зоны, предназначенные для тропинок, которые ему хотелось сделать извилистыми и пересекающимися друг с другом, павильоны фруктовых деревьев, а также площадь для беседки. Он понятия не имел, с кем будет проводить время в этой беседке, но без нее сад у него в голове просто не представлялся.
Другими словами, дел у него было предостаточно, и работал он с огромным удовольствием, так как это было то самое занятие, которое с малых лет бесконечно увлекало его.
Погода в эти дни тоже стояла весьма располагающая: было тепло, но не душно, и легкий прохладный ветерок то и дело развевал его непослушные русые кудри. Из леса доносился оживленный гомон птиц, не оставлявший никакого шанса чувствовать себя одиноким. Хотя ему и без птиц было бы замечательно.
Когда настал час обеда, трое ноктов принесли на поле небольшой деревянный стол, удобный складной стул и разнообразную провизию. Джек был рад такому пониманию. Сейчас он был словно ребенок, которому подарили давно желанную игрушку: ему было трудно расстаться с ней даже на полчаса.
Сев за стол, он взял первое, что попалось под руку в корзине – а это был поджаристый хлеб с запеченным внутри картофелем – и с аппетитом принялся уплетать его. И так же, как вчера, совершенно неожиданно, перед ним прозвучал насмешливый голос:
- Не спеши так. Никто не собирается отнимать твою еду.
Джек вскинул голову, изумленно оглядывая Малфреда. Тот был в другом костюме, но такой же уютный и беззаботный, как и вчера. Джек осознал, что где-то в глубине души ожидал его появления. Не надеялся, но ждал. Правда, не так рано.
Нокты принесли только один складной стул, поэтому Малфред ненавязчиво стоял справа от Джека, глядя на него сверху вниз своими странными смешливыми глазами:
- Ты очень трудолюбив. Эту землю уже не узнать.
- Это только начало, - пробормотал Джек, проглотив застрявший в горле кусок. – Через год ее вообще не будет видно.
- Через год? Ты судишь по меркам своего мира. В Кмире почва совсем другая, и растет здесь всё гораздо быстрее.
- Даже деревья?
- Смотря какие деревья. Если ты не собираешься сажать ничего темного или слишком древнего, через полгода здесь уже будет вполне приличный сад. И тебе останется лишь облагораживать его и дополнять новыми растениями. Каким ты хочешь его сделать?
- Ярким, - ответил Джек, не задумываясь. – Очень уютным. Не хочу, чтобы он был слишком прилизанным. Никогда не нравились такие сады. Сад должен быть красивым, таким, чтобы в нем хотелось бывать как можно чаще. Он не будет таким, как сады за замком. Он будет более…
- Живым? – безошибочно угадал его мысль Малфред.
- Ты разбираешься в садоводстве?
- Не слишком. Но мне нравятся сады. Особенно такие, в которых чувствуется жизнь. Уверен, твой мне очень понравится.