Все разом обернулись, и Клеандр, наверно, впервые в жизни застыл ненадолго с открытым ртом.
У окна, снисходительно улыбаясь, стоял не кто иной, как Малфред Элермонт, роскошный и очаровательно небрежный, каким Клеандр его всегда и помнил.
- Ты здесь.
- Как видишь, - Малфред подошел к Джеку, притянул его к себе одной рукой за плечи, но смотрел при этом на Клеандра. – Как это ты меня не заметил? Совсем от любви голову потерял?
- Думаю, так и есть, - не стал отрицать тот. – Неужели ты…
- Уж поверь, я ничего не забыл, - немедленно пресек его предположения Малфред, - но пока ты с ним, - зоркий взгляд в сторону Герберта, - думаю, у меня нет причин тебя ненавидеть. А если учесть, что теперь вы всегда будете вместе, то да – можешь считать, что ты получил мое прощение.
- Я в неоплатном долгу перед тобой, Малфред, - сказал Клеандр тихо, но от всей своей души. – И я никогда не забуду об этом.
- Вот и славно, - Джек хлопнул в ладоши, привлекая к себе всеобщее внимание. – Хватит уже о мрачном. Какие у вас планы?
- Мы хотим прокатиться по Лазурному Предгорью, - немедленно сообщил Герберт, - а потом будет праздничный ужин в Лаорэле.
- Лазурное Предгорье – это отличная идея, - задумчиво протянул Малфред. – Я не был там тысячу лет.
- Думаю, эту прогулку можно сделать еще интереснее, - сказал Джек с довольной усмешкой, - если, конечно, вы поддержите мою идею…
Его идея была принята всеми с большим энтузиазмом, и в тот день, впервые за долгие тысячелетия, обитатели Лазурного Предгорья созерцали удивительную картину: двух всадников, летящих сквозь небеса по волнам бесконечных перламутровых облаков. У одного всадника волосы были черными, как ночь, а у второго – белыми, как снег, и летели они не на единорогах и даже не на зачарованных лошадях, а на двух огромных крылатых волках, чей мех сверкал в свете солнца, будто алмазная пыль, создавая потрясающий узор ослепительного золотисто-серебряного сияния…
========== Бонус: Счастливое коварство ==========
Джек никогда не думал, что время способно лететь с такой немыслимой быстротой. В Серебряном Котле годы тянулись медленно, жизнь казалась вязкой и монотонной, и, может быть, потому что она была не слишком счастливой, ему всегда думалось, что время стоит на месте.
Что касается Кмира, то здесь все обстояло совершенно по-другому. Десять лет – срок немалый – пролетели так быстро, что ему даже с трудом в это верилось. Впрочем, он хорошо понимал, что дело было вовсе не в смене обстановки и даже не в том, что Кмир был зачарованным королевством, не похожим на тот мир, где он жил раньше. Дело было не в чем-то, а в ком-то. В ком-то, с кем он был счастлив настолько, что время рядом с ним неслось, подобно буйной лавине, не оставлявшей шанса ни скуке, ни печальным мыслям.
Отношения, сложившиеся между ним и Малфредом, были поистине достойны зависти. Но не потому, что они без слов понимали друг друга, всегда были ласковы и внимательны или что-то в этом роде, нет. Хотя их объединял законный брак, они были неотделимы друг от друга в первую очередь потому, что являлись самыми лучшими в мире друзьями. И вели себя тоже соответственно. Искренне интересовались всем, чем занимался партнер, подолгу обсуждали свои разнообразные идеи и замыслы, часто путешествовали вместе, а иногда и серьезно меняли свой образ жизни, всегда легко приходя к общему решению.
Так, например, когда семь лет назад Малфред выдвинул идею отправиться в Гэль, столицу Кмира, и развлечься там какой-нибудь государственной деятельностью, Джек охотно поддержал его, поскольку ему и самому было интересно познать Кмир с такой стороны.
Необходимо отметить, что до своего заточения Клеандром Малфред терпеть не мог подобного рода учреждения, его даже в Алую Гильдию невозможно было затащить, когда он сам в этом нуждался, не говоря уж о принятии какой-либо должности. Теперь же, по прошествии более чем пятидесяти лет, он, видимо, забыл о страшной скуке, царившей в этих величественных стенах, и в итоге вышло, что пост Верховного Государственного Секретаря занимали целых пять лет они оба, причем Джек вкалывал едва ли меньше, чем Малфред.
В общем-то, он не жаловался. Деятельность оказалась очень интересной, хотя и напряженной; кроме того, он мог чуть ли не каждый день видеться с Гербертом, который также постоянно посещал Алую Гильдию в компании Клеандра и, подобно ему, занимал здесь высокую должность. Естественно, они могли видеться и без этого, но не так часто, как это было теперь.
За эти пять лет Джек узнал много нового и удивительного, сам сумел принести пользу и даже добиться уважения мистической кмирской знати, однако, в конце концов, так же, как и Малфред, он устал от чрезмерной суеты, и тогда они, коротко посовещавшись, простились с Гербертом и Клеандром (которые обещали навестить их через пару недель) и вернулись в Диамондик.
Скучнее им отнюдь не стало. Жизнь замедлилась, но для них это было лишь плюсом, поскольку оба не испытывали большой потребности в чужом обществе и были по-настоящему счастливы лишь в компании друг друга.
Они действительно были лучшими друзьями: понимающими, веселыми и озорными, как дети. Когда они обсуждали что-то глубокое или необычное, они всегда были серьезны и вдумчивы; когда было необходимо, могли спокойно молчать, обдумывая каждый собственные мысли; а когда приходило соответствующее настроение, искрометно подтрунивали друг над другом, делая это от души и поразительно нежно, что часто приводило к известной деятельности в самых неожиданных местах.
Джек поначалу был не очень хорош в подобных юмористических баталиях, но со временем, имея столь одаренного учителя, догнал Малфреда и иногда даже заставлял его приоткрывать рот в изумлении от его блестящих реплик.
Как бы они ни наслаждались спокойной жизнью, иногда их уединение все же нарушали, что, в общем, никогда их не огорчало, поскольку, кроме самых близких друзей, это больше никому не было позволено.
Семейство Кроу частенько обосновывалось у них на месяц-другой, превращая Диамондик в источник неугомонных веселых споров, а иногда и неуправляемого шума и безобразия (особенно когда Джиффорд и Риарки принимали свою детскую ипостась). Вот и сейчас они нанесли им длительный визит после почти годового перерыва, чему и Джек, и Малфред были одинаково рады.
Весь первый день они обменивались последними новостями, праздновали, веселились и, конечно, завтракали, обедали и ужинали исключительно в саду Джека, который за прошедшие десять лет превратился в самое красивое место, возможно, не только в Диамондике, но и во всем Кмире. Общими усилиями они с Малфредом превратили его в миниатюрный лес: дикий, живописный и в то же время необычайно уютный и удивительный. Здесь было одинаково красиво как днем, при свете солнца, так и ночью, в блеске пухлых золотых фонарей и сиянии разнообразных цветов, издававших собственный волшебный свет.
Специально для таких случаев Джек построил небольшую аккуратную беседку (как и задумывал с самого начала), которой Малфред с помощью магии придал поистине сказочный вид, восхищавший всех, кто бы ни появлялся здесь. Именно в этой беседке они собирались во время всех трапез, наслаждаясь свежим ароматным воздухом и атмосферой невыразимого уюта, которую вряд ли можно было встретить где-то еще.
В первый день все были слишком возбуждены и обрадованы встречей, чтобы обсуждать какие-то отвлеченные, не относящиеся друг к другу вещи, но на следующее утро эмоциональный восторг слегка поутих, и между ними воцарилось столь любимое Джеком благодушное, дружелюбно-мирное спокойствие. Завтрак снова встретил всех в саду, и, похоже, никто даже не рассматривал других вариантов.
Оживленный разговор плавно перетекал из одной темы в другую, расслабляя самый воздух над ними, а потом речь зашла о так называемой «потешной магии» - разнообразных заклинаниях, лишенных всякой пользы, но служивших исключительно для развлечения избалованной скучающей аристократии. Тут Джек услышал столько невероятного и смешного, что впору было составлять особый список и создавать впоследствии из каждого пункта юмористический рассказ. До чего только не дойдет праздная фантазия, но, впрочем, были тут и весьма любопытные, даже интересные идеи.