– Нужно сходить в лес.
– Через пустоши? - шрам на лице Горислава дернулся.
– Да. Другого выбора нет. Я пойду с вами. Завтра на рассвете. Выбери лучших охотников. Возьмем лошадей. – Я опустил голос. – Пока нас не будет - удвойте дозоры. При виде людей князя - сразу в укрытие. Никаких контактов.
Горислав поморщился, его пальцы сжали ложку так, что дерево затрещало, но в конце концов он кивнул.
– Травника возьмем. Пусть посмотрит наши места сбора. Скоро похолодает - нужно готовиться.
– Зима? - я оторвался от еды. В суматохе последних дней я совсем забыл о смене сезонов.
– После песчаного ветра всегда приходит холод, - пояснил Горислав, вытирая рот рукавом.
Я перевел взгляд на Радославу. Она стояла у котла, и в ее глазах читалась тревога.
– У нас в краях погода - как сумасшедшая, - сказала она, помешивая похлебку. - Песчаные бури сменяются морозами, потом вдруг наступает адская жара. Все быстро, без предупреждения.
– Так было всегда? - спросил я, чувствуя, как в груди защемило.
Радослава отвернулась, ее голос стал тихим и горьким:
– Пока жил источник... город был под защитой. Теперь все напасти обрушились на нас разом.
В кухне воцарилась тягостная тишина, нарушаемая лишь потрескиванием огня и шумом поедания похлебки. Я посмотрел на мешок с кристаллами у своих ног - они слабо светились сквозь грубую ткань, будто отвечая на мои мысли.
Завтрашний поход в лес внезапно обрел новый смысл - это была не просто добыча древесины.
Это был шаг к спасению всех нас.
Глава 13
Вечерний огонь потрескивал, отбрасывая неровные тени на землю. Я сидел, склонившись над арбалетными болтами, методично проверяя каждое перо, каждый наконечник.
В руках привычная работа успокаивала - хоть что-то в этом мире еще подчинялось простым, понятным правилам.
Светозар и Горислав молча наблюдали с другой стороны костра. Я чувствовал их взгляды, но не поднимал головы. В кармане лежали те самые осколки кристаллов, найденные в шахтах. Что-то внутри подсказывало - нужно попробовать.
Достал первый осколок. Маленький, с неровными краями, но теплый на ощупь. Приложил к наконечнику стрелы - и вдруг пальцы сами вспомнили движение, которого никогда не учились.
Кристалл прилип к металлу, будто живой. Я едва успел моргнуть, как по наконечнику побежали голубые прожилки.
Ни вспышки, ни треска - лишь тихое шипение, словно раскаленный металл опустили в воду.
– Что это? - Светозар наклонился вперед, его голос дрогнул.
Я медленно повертел стрелу в руках.
– Не знаю. Но чувствую - должно работать.
Взял следующий болт. На этот раз сознательно вызвал в себе то странное ощущение - будто магия струится изнутри наружу, через кончики пальцев. Кристалл снова прилип, но теперь я видел, как его структура меняется, сливаясь с металлом.
Горислав молча протянул свой нож. В его глазах читалось недоверие, но и любопытство тоже. Я взял клинок, ощущая его вес.
– Не обещаю, что получится, - предупредил я.
Но получилось. Тот же процесс, только медленнее - будто сталь сопротивлялась чуждой ей магии. Когда я вернул нож, его лезвие было испещрено тонкими синими узорами.
– Завтра проверим, - только и сказал Горислав, пряча клинок в ножны.
Я кивнул и взял следующую стрелу. В голове крутилась одна мысль: если это действительно работает... то у нас появился шанс.
Костер догорал, но я продолжал работать, пока хватало света. Каждое новое соединение кристалла с металлом давалось чуть легче. Как будто мои руки запоминали то, чего не знал разум.
А они все молча наблюдали. И в этой тишине было больше вопросов, чем в любой речи.
Огонь костра давно погас, оставив после себя лишь горстку пепла да слабый запах дыма. Люди разошлись по своим постелям, и только Горислав, хрустнув плечами, поднялся на дозорную башню.
Лестница скрипела под его тяжелыми шагами, а луна бросала длинные тени на деревянные стены.
Ночь прошла спокойно.
Утром, когда первые лучи солнца растопили ночной холод, сменщик уже ждал у подножия башни.
Горислав спустился вниз, коротко кивнул и направился к кострищу, где Радослава разливала густую похлебку.
Муран сидел у входа в дом, бледный, но уже на ногах. Его пальцы слегка дрожали, когда он подносил ложку ко рту, но в глазах читалось упрямство.
— Оставайся, — сказал я, подходя к нему. — "Присмотри за лагерем.
– Другого толка от меня сейчас и нет.