Обещав прислать на следующий день посыльного с одеждой и вещами для госпожи Даркшторм, он улетел. Я посмотрела в окно, провожая его взглядом, и, как только белая драконица скрылась из виду, повернулась к лисенку, сидящему позади меня.
– А теперь говори все, что хотел сказать.
Тот молчал, только нервно пощелкивал драным хвостом по полу. Тишина затягивалась, что начинало нервировать.
– Я же вижу, как ты смотришь на меня, как хочешь что-то сказать. И прекрасно вижу, что ты меня знаешь. Так что давай рассказывай, кто я такая и почему ты так смирно вел себя с Рейвеном?
– Ты точно ничего не помнишь? – Лисенок склонил голову и пристально посмотрел.
– Точно. Ты же слышал, что попаданки теряют память, когда попадают в этот мир.
– Слышал.
– Но, раз ты меня знаешь, значит, я не попаданка?
– Сюда ты как-то попала.
– И ты меня знаешь?
– Знаю.
– Слушай, это какая-то дурацкая игра. Ты знаешь меня, но я не помню тебя. Может, без игры в угадайку ты просто расскажешь все обо мне?
– Нет.
Он встал и вышел в коридор. Я только руками всплеснула. Вот наглое животное! Ведет себя как лорд, а выглядит как мышь в коровнике. Что делать с его наглостью, я еще подумаю, а вот чистоту исправить можно прямо сейчас. Рейвен обещал мне его как домашнюю зверушку, значит, надо соответствовать своему статусу.
Не обращая внимания на него, подошла к ванне, включила воду и набрала половину. Добавила пенного мыла и ароматизаторов. Вышла в коридор, где наглое животное вовсю валялось на ковре, счищая грязь на мягкий ворс.
– Так дело точно не пойдет! – Я подхватила лисенка и, пока он не успел опомниться, сунула его в ванну.
По дому разнесся оглушительный писк, а потом такой сленг непереводимой лексики, что от неожиданности я его чуть не упустила. В последний момент ухватила его за хвост и затащила обратно в ванну.
– Пусти! Зараза! Простушка!
– Зараза – это у нас ты. – Я схватила кусок мыла и тщательно терла им спинку животного. – Блохи табунами с тебя бегут! Посмотри на себя, не понятно даже, мышь ты или белка!
– Какая белка?! – Лисенок барахтал лапками, пытаясь выбраться из воды. – Сама ты выхухоль облезлая! Пусти, говорю, не то хуже будет!
– Вот домою до конца, определю, что ты за вид такой, потом высушу и отпущу.
– Высушишь?!
Видимо, это была последняя капля в терпении зверька. Он цапнул меня за палец, вывернулся и, как был в пене, ломанулся в комнату. Я спустила черную воду, вымыла руки, взяла полотенце и пошла искать горе-животное. Нашелся он под столом: сидел и вылизывал шерстку.
– Все-таки я угадала, и ты на самом деле лис. – Я присела на корточки, чтобы получше его рассмотреть. – Только странный какой-то. Уши большие, тело маленькое. И белый. Все лисы, которых я знала, были рыжие.
– Сама ты рыжая! – огрызнулся лисенок. – Я фенек, Феней зовут. Я… в общем, теперь мы дружим с тобой.
– Не хочешь говорить, кто я такая? – Тот мотнул головой. – Хорошо, будем пока так жить. Память вернется, и я хотя бы буду знать, за что тебе хвост накручу.
Я протянула руку, чтобы дернуть его за пушистый хвост, но он вовремя его подобрал и ускакал в дальний угол комнаты, забившись под шкаф.
– Ну и ладно, без тебя обойдусь.
Поднявшись с пола, я решила последовать примеру Фени и налила себе ванну.
Как же приятно чувствовать себя в объятиях воды, когда тепло разливается по телу. И есть минутка, чтобы подумать, что меня ждет. Завтра я буду леди Даркшторм и временной мамой для каких-то детей. Срок нашего фиктивного договора не оговорен, да и понятно, что непонятно, за какое время он сможет найти свою сестру. Или не найти. В любом случае я получаюсь в плюсе: если останусь его женой – буду при деньгах и статусе; если сестра найдется – буду богатой разведенной женой. На данный момент меня все устраивало. А дальше посмотрим.
Рейвен
Рейвен
Оставив Ларру в стойле, я направился домой. Еще с порога услышал шумное рычание и затем громкий женский визг. Влетел домой, распахнул дверь и увидел странную картину. На полу на карачках стоял Варр, на его спине сидел Мик, вооруженный фамильным мечом, а рядом с ними стоял Пауль с головой медведя на плечах. Голова была большая и держалась только на плечах, мерно покачиваясь в такт его дикому танцу. А на столике около стены сидела госпожа Лукреция, поджав ноги и обхватив старинную вазу обеими руками.