Я ещё немного покрутилась у зеркала, когда усталость накатила на меня.
Всё, пора было спать. С беспорядком я разберусь завтра.
Я потянулась к застёжке на лифе, готовая сменить эту красоту на удобную пижаму. Как вдруг голова закружилась, а в глазах, словно калейдоскопе, заплясали цветные фигуры. Я попыталась ухватиться за что-нибудь, чтобы не потерять равновесие, но не смогла.
Неужели я в невесомости.
Небытие.
По ту строну жизни?
Однако вместо божественной кары я не самым удачным способом приземлилась на холодный каменный пол.
Открыв глаза и оглядевшись, я поняла, что нахожусь в мрачном, незнакомом коридоре.
- Какого …
- Почему ты ещё тут? Да, и в таком виде? Раньше у девушек было больше скромности… - растягивая слова принялся причитать кто-то сверху. Я посмотрела в сторону говорившего, и встретилась с маленькими бегающими глазками.
Попыталась подняться, но незнакомый мужчина в длинном старомодном фраке рывком поставил меня на ноги. Если бы не мой…внешний вид и обстоятельства, я бы даже поблагодарила его.
Любой любитель ужасов знал, что главная ошибка – воспринимать перемещение, как сон, бред и т.д. И пусть мне очень хотелось повторить эту ошибку, так как в происходящее верилось с трудом, я сразу же, очень чётко поняла – это не сон. Я на самом деле оказалась в жутком коридоре, где на полу был не мягкий ковролин, а холодные каменные плиты, на стенах вместо обоев в цветочек на меня смотрели картины с кошмарными сюжетами, а единственный источник света представлял собой массивную лампу из прошлого века в руках незнакомого пожилого мужчины.
- Не знаю, кто тебя нанял, но нянчиться с тобой не собираюсь, — мужчина достал из кармана золотые часики на цепочке, недовольно цыкнул. - Я дворецкий, моя семья служила этому дому не одну сотню лет, так что поторапливайся, не хочу, чтобы господин рассердился.
Мурашки пробежали по коже.
- Простите, я не знаю, как… - начала я, но дворецкий перебил меня.
- Поторапливайся, — он небрежно толкнул меня в спину. Я почувствовала себя заключенной, которая совершила страшное преступление. Мой внешний вид нисколечко не смущал пожилого мужчину. Похоже, полуголые девушки, появляющиеся в этом замке, здесь были не редкостью.
Мы прошли через фигурную арку, за которой последовало два поворота, моему взору предстала винтовая лестница. Она резко контрастировала с этим местом. Была сложена не из грубого тёмного камня, а из стекла, перилами служили витиеватые лозы из золота. Не оставалось сомнений, что она была сделана настоящим мастером.
Холод подбирался незаметно. Я очень редко замерзала, в юные годы в середине января спокойно бегала до школы без шапки и куртки. Но тело не справлялось с тем, что я нахожусь в мрачных катакомбах в одном нижнем белье. Поднявшись по лестнице, я уже не чувствовала ступней.
Второй? Этаж оказался более уютным. Классический, как в любом готическом фильме, тёмно-синий ковролин, будь я в иной ситуации пошутила бы, что он очень хорошо сочетался с моим бельём, жуткие картины заменили приятные глазу натюрморты, у редких тёмных дверей на подставках стояли композиции из алых и белых лилий. Меня пьянил их цветочный аромат.
Я попыталась спросить у дворецкого ещё что-нибудь, но голос не слушался. Поэтому весь путь до комнаты, мы преодолели молча. Я посмотрела на руки. Кожа побелела от холода. Я сложила их на груди и вздрогнула от контраста температур.
Мы остановились у широкой двери. Белой в отличие от остальных на всём этаже. Дворецкий строго посмотрел на меня, одним взглядом приказывая вести себя смирно, он прокашлялся и постучал по дереву.
Не дождавшись разрешения войти, он толкнул меня внутрь, и захлопнул дверь так громко, будто я чем-то обидела его.
Дворецкий твердил о каком-то господине. И я до последнего надеялась, что он окажется более вменяемым. Позволит объяснить всю комичность ситуации и отправит домой, где я продолжу тихо и мирно страдать по Владу.
Я постояла у двери ещё какое-то время, не решаясь сделать шаг. Природное любопытство взыграло с новой силой, и я всё-таки отошла от первоначального плана не двигаться. Никто ведь не говорил мне, что я не могу осмотреть комнату?
Это была королевских размеров спальня, которая в несколько раз превосходила всю мою квартиру. Мебели было немного, но хозяин комнаты расставил всё со вкусом. Большую часть пространства занимала кровать, на которой при желании могли поместиться десять человек. В лучших традициях подобных мест, от посторонних глаз, постель была закрыта тёмно-бордовым балдахином. Рядом с кроватью по обе стороны стояли вытянутые тумбочки. Противоположная часть спальни походила на гостиную - старомодный камин, длинная софа и два бордовых кресла.