Я проглотила комок, ставший поперёк горла.
Толчки Руфуса становились всё яростнее, грубее, жёстче. Я мгновение закрыла глаза и закусила губу, представляя себя на месте этой девушки. Была в этом какая-то извращенная власть. Всегда одетый с иголочки, в дурацких шёлковых перчатках, неприступный и властный. Сейчас он предстал предо мной в уязвимом свете. Позволил сжать руки на его мускулистой шее.
Я разомкнула веки и скользнула по его сильной, мужественной фигуре.
Боже, вся эта одежда и вправду скрывала совершенство.
Я чувствовала, как загорелась кожа, требуя прикосновений. Я устало прислонилась к стене, пока не почувствовала тот самый лесной запах свежести, который успела хорошо запомнить в последнюю ночь в замке.
Рейн откровенно веселился. Ухмылка превосходства озарила его ангелоподобные черты лица.
Не оставалось сомнений, пока я наблюдала за Руфусом, Рейн следил за мной.
17
Глава 17 - Занятие
Насколько я помнила пол был ровным, но в это мгновение он уходил из-под ног, дрожал, ломался, превращался в рваные куски. Потом эти детали соединялись, и всё начиналось заново.
Рейн ничего не говорил, только молчал с каким-то непередаваемым удовольствием. Примерно также молчат ценители искусства в театре, дрожа от эйфории, когда поднимается красный занавес. Как в замедленной съёмке он поднёс палец к своим чуть полным губам, и издал едва различимое через мелодию стонов, “шшш”.
Будто мы дети, которые потянулись к столу за конфетами, пока взрослые не слышат. Я запахнула мантию плотнее. Мне нужна была библиотека, сама виновата в том, что остановилась и стала подслушивать. Даже в худшем кошмаре я не могла представить, как разозлиться Руфус, когда узнает о моей выходке.
И эта девушка.
Я поступила неэтично.
Прежде чем я успела сказать хоть слово в своё оправдание, Рейн зажал мой рот и повёл в другую от парочки сторону. Не видела смысла пытаться сбежать, поэтому безвольной куклой повисла в его руках. Как и в первую встречу его холодная ладонь на моих губах становилась горячее. Мы вышли в пустой коридор, я понятия не имела, где мы зависли на этот раз.
- Я сомневался в предложении Калеба привести тебя на аукцион, но теперь, — он остановился, чтобы снять капюшон и пару раз провести по моим волосам. - Ты обязана пойти со мной, малышка.
Мы расстались на том, что Рейн был крайне зол на меня. Оттого странно было видеть благоговение и нежность проступившие в его глазах. Он очертил контур моих губ, а в следующей мгновение прижался в мягком поцелуе.
Не было грубости или похоти. Нет, так целуют первую любовь, с какой-то бережностью и робостью. Я видела такие поцелуи в кино, когда главные герои расставались, удаляясь друг от друга на сотни километров.
Рейн аккуратно, прося, умоляя скользнул языком в мои полуоткрытые губы. Он прижал меня за талию к себе, и от этого любовного прикосновения у меня закружилась голова, а в животе проснулись, зарытые в сугробы, бабочки. Он прервал поцелуй прежде, чем он превратился в ураган, что разрушит хрупкий момент.
- Ты не скажешь…Руфусу о…
- Не скажу ли я брату, что подсматривала за тем, как он берёт свою подружку? - с искрой в глазах скороговоркой сказал Рейн. - Нет, этот грязный секрет я приберегу для себя, малышка.
- Ты говорил об аукционе, но на что идут торги?
Вампир мрачно ухмыльнулся и сделал шаг назад. Я даже не осознавала, как тепло и уютно мне было в его объятиях.
- Мне нужно было проводить тебя на занятие, — спустя долгую минуту молчания сказал он. Он провёл пятернёй по белым прядям, и я снова увидела в нём падшего, несчастного ангела.
Если он и был когда-то святым, то очень давно. Сейчас в его душе проросли лозы порока и греха, которые отравляли не только его, но и чужие жизни.
- Занятие? - я вспомнила слова соседки. - Прямо сейчас? А если мы опоздаем?
Отличница во мне просыпалась после затяжной зимы. Вот он шанс получить больше информации, и что я делаю? Болтаюсь без дела в коридоре.
Рейн добродушно рассмеялся, и вновь каким-то нежным жестом, поправил грязную мантию на мох плечах.
- Значит так нужно, — он прошёлся носом по моей скуле, чтобы запечатлеть слабый, как летний ветерок, поцелуй на щеке.
Дорогу мы проделали в тишине, и я складывала в уме пазл, пытаясь соотнести детальки из двух противоположных друг другу коробок. В одной, вся та грубость и безумие, которым Рейн щедро одаривал меня, во второй, минутная ласка и покой, которые я чувствовала рядом с ним всю дорогу до аудитории.
Я на мгновение застыла у двери, не решаясь зайти, но вампир “заботливо” подтолкнул меня вперёд. Чудом, я избежала позорного падения, и участи скатиться кубарем в аудиторию.