— Возлагаю на себя ответственность и заботу до скончания своих дней, и отныне нарекаю тебя Д'тар Реной! — Дарк вымолвил лишь скупые обязательные слова. Он не собирался лгать на собственной свадьбе, давая красивые, запальчивые и сладкие обещания. Здесь и сейчас они определяли новые обязанности, ведь каждое слово, сказанное и не сказанное во время церемонии, имело значение. Именно поэтому Дарк с напряжением ожидал, что же произнесёт Рена.
— Клянусь чтить и уважать своего супруга и хранить ему верность. — Её голос прозвучал безжизненно и холодно.
«Да она издевается!» — Дарк посильнее стиснул зубы, чтобы не выдать своего гнева. Слова Рены показались ему насмешкой. Чтить и уважать? Как будто его мнение когда-то для неё что-то значило! А уж говорить о верности… Поздно давать клятвы, когда уже нечего беречь!
— Да будет так! — процедил Дарк, тем самым заканчивая торжественную часть, и взял Рену за руку. До хруста мелких костей сжал он её ладонь, но невеста не проронила ни звука. Дарк с трудом сдерживался, таща Рену за собой в экипаж. Там, они, наконец, смогут скрыться от любопытных гостей. Как бы ни хотел Дарк провести свадьбу тайно, обойдясь лишь родителями невесты, да нескольким доверенными лицами, на капище всё равно собрались жители окрестных деревень. Вероятно, наги захотели почтить своим присутствием вступление в брак дочери своего сейла, а, возможно, их просто привлек предстоящий пир. Вот только жених с невестой на нём не останутся! Дарк грубовато втолкнул Рену внутрь экипажа и поспешно запрыгнул сам. Захлопнув дверь, он нервно постучал вознице и плюхнулся на обитую бархатом скамейку. Злость и раздражение душили его, так что кулаки невольно сжались, а близость молчаливой невесты и вовсе выводила из себя. Дарк сделал глубокий вдох и, откинувшись на мягкую спинку, медленно выдохнул. Он с лёгким пренебрежением покосился на сидевшую прямо, будто проглотившую кол, Рену и презрительно усмехнулся.
— Я так понимаю, чтить ты меня собралась молчанием. Что ж, весьма разумно с твоей стороны!
Рена даже не шелохнулась. Она продолжала сидеть, словно изваяние, а Дарк сам не мог понять, почему это его так бесило. «Может, она там беззвучно рыдает за своей вуалью?» — мелькнула в голове мысль, и руки сами потянулись к плотной ткани. Дарк резко дёрнул, и шёлковая вуаль послушно сползла, открывая лицо невесты. Сердца кольнули в груди и застучали чуть быстрее. Дарк решительно не понимал, почему в тот момент Рена показалась ему невероятно красивой. Почти всё её лицо покрывала золотистая чешуя, блестевшая и сверкающая ярче всех украшений. Густо подведённые сурьмой глаза горели огнём, а красиво очерченный изгиб бровей придавал взгляду нотку таинственности. Так могла смотреть на мир статуя какой-нибудь древней богини с Проклятых земель. С тем же внутренним достоинством и в то же время отрешённостью. Рена взирала куда-то мимо Дарка, словно он не сидел сейчас напротив. Он что, для неё пустое место? Она ведь даже краем глаза на него не взглянула! Ярость вновь охватила тело, дыхание стало резче и чаще. «Да как она смеет так беззастенчиво пренебрегать мной!» — гневно подумал Дарк и, крепче сжав кулаки, заметил вслух:
— Представляешь, какая занятная ирония. Твой любовник тоже сегодня женится!
Рена моргнула и опустила взгляд. «Что ж, это хоть какая-то реакция!» — оценил Дарк и продолжил:
— А ещё, после того как король О'дар выдал его королю Бродерину, он сам попросил ускорить свадьбу! Говорят, принцесса Зарина без ума от своего жениха!
Уголки выкрашенных в кроваво-алый губ Рены чуть заметно дрогнули. Она отвела взгляд в сторону и чуть слышно вздохнула. Дарк ощутил, как собственные губы расплываются в довольной улыбке. Он всё-таки смог задеть Рену, и теперь та не выглядела надменно-равнодушной. Всё в её облике прониклось печалью, она с почти осязаемой тоской смотрела на проплывающий за окном унылый зимний пейзаж и по-прежнему молчала. Дарк продолжал на неё коситься и терзаться внутренними противоречиями. Его то подмывало вновь сказать что-то неприятное и обидное, дабы заставить невесту проявлять хоть крохи эмоций, то он ловил себя на совершенно крамольных мыслях, что любуется ей. Нет, даже хуже, порой Дарк просто не мог оторвать от неё взгляда! Что-то в этой чешуе было такого, что никак не давало покоя. К ней так и хотелось прикоснуться! Каждый раз Дарк с недоумением останавливал свой порыв. «Да что со мной такое?!» — мысленно ругался он на самого себя и всё крепче сжимал кулаки. Поездка превращалась в настоящую пытку, которая только усиливалась и усложнялась с каждой минутой. К тому моменту, когда экипаж остановился напротив особняка Медити, Дарк был уже на взводе. Его чуть заметно трясло, и любая мелочь запросто могла вывести из себя. Дарк поспешно выпрыгнул из экипажа. Набрав родной воздух в грудь, он попытался успокоиться. Ему почти это удалось. Он всё ещё глубоко дышал, когда повернулся к невесте и подал руку, чтобы помочь спуститься. Но стоило Рене только до него дотронуться, как он резко отскочил в сторону. Его бросило в жар от одного её касания!
— Что ты делаешь? — прошипел Дарк.
Рена с удивлением посмотрела на него, после чего самостоятельно спустилась. Остановившись напротив, она осторожно принялась оглядываться. Окинула беспокойным взглядом особняк из тёмно-серого камня с черной черепичный крышей, потом покосилась на голые стволы деревьев и чахлые заросли кустарников у ворот, оценила виднеющийся неподалёку старинный фонтан. Дарк и сам хозяйским взглядом пробежался по своему имению и, найдя его состояние вполне достойным, вновь посмотрел на Рену.
— Иди за мной! — приказал он и зашагал к дому. Она, понурившись, засеменила следом. Дарк не стал останавливаться в холле, не счёл нужным хоть что-то показывать в доме, рассудив, что завтра утром, если ей будет надо, Рена сама во всём разберётся. Он же привёл её в женское крыло и толкнул ближайшую дверь.
— Твоя комната, — бросил он, пропуская невесту внутрь, после чего вошёл и сам. Бегло оглядевшись, Дарк убедился, что в комнате прибрали и, задумчиво посмотрев в окно, где стремительно сгущались зимние сумерки, направился к ближайшей лампе. Жёлтый уютный свет разбросал таинственные тени. Дарк повернулся к Рене, пытаясь собраться с мыслями. Маркус предупредил его, что действия зелье, помогающего сохранять невесте рассудок, едва ли хватит до полуночи. Расшаркиваться особенно некогда, да и следить за безумной, если что, тоже будет некому.
Дарк вновь взглянул на Рену. Мягкий свет лампы лишь добавил ей красоты и притягательности. Ведь это же хорошо, что он её хочет? Пусть даже это признание и заставляло его ненавидеть самого себя. За слабость. Низменную слабость. Его совести и принципам было бы куда проще и легче исполняй он свой долг, но о каком долге могла идти речь, если буквально каждая клеточка его тела кричала о желании?! И чем дольше Дарк смотрел на Рену, тем труднее становилось сдерживаться. Ну не мог же он наброситься на неё! Ему бы выйти, остудить голову, подумать слегка, но куда там — даже двинуться не мог, прикованный к блеску чешуи, словно раб цепью. Если только к ней…