— Им я тоже вреда не причиню.
Алан покосился на него, и в его глазах отразилось пламя:
— Не давай обещаний, которые не сможешь сдержать.
Тирион опустил взгляд, позволяя своему зрению сфокусироваться на Лэйле. Его отец был прав, он даже этого обещать не мог. Они ещё какое-то время посидели молча, хотя теперь им было несколько уютнее, чем раньше.
Наконец Алан снова заговорил:
— Тебе когда-нибудь доводилось вот так держать малыша?
— Только Инару, — сказал Тирион. — И лишь несколько месяцев, прежде чем я был вынужден…
— …стать деревом? — закончил его отец.
— Да.
— Ты дал мне больше внуков, чем любой старик имеет право ожидать, — сказал Алан. — Хорошо наконец-то подержать одного из них.
«Одну из них ты вырастил», — подумал Тирион, думая о Хэйли, но удержал язык за зубами. Упоминание его мёртвой дочери не улучшит этот разговор:
— Бриджид недавно пожила у вас, — сказал он вместо этого.
Алан хмыкнул:
— Эта девчонка страньше тебя, и страшнее, наверное.
— Действительно.
Прошла ещё четверть часа, прежде чем его отец снова заговорил:
— Каково это, иметь две жены?
Этот вопрос застал его совершенно врасплох:
— Они — на самом деле не являются обе моими жёнами, Лира называет меня ки…
— Не уходи от темы, просто скажи мне, сын. Мне действительно любопытно, — сказал Алан.
— Я не планировал заранее, чтобы всё так получилось, — сказал Тирион, — но это не так странно, как тебе может казаться.
— А как вы решаете, кто… — Алан позволил вопросу повиснуть в воздухе.
— В основном это решают они, — ответил Тирион. — Подозреваю, что они думают обо мне как о собаке. Они сами между собой решают, кто будет кормить и поить меня день ото дня.
Алан хохотнул:
— С тобой хлопот не оберёшься. Это точно.
Тирион оценил эту ремарку, а затем снова уставился на Лэйлу, вновь заворожённый тем, как она дышит.
— Они тебя меняют, а? — сказал Алан. — В один момент ты — просто ты, а в следующий ты осознаёшь, что у тебя есть кто-то, зависящий от тебя во всём. Это меняет твои приоритеты. И, полагаю, так и должно быть.
Тирион не ответил, лишь кивнул. Он задумался, что его отец подумал бы о его прежнем плане. Тирион был уверен, что уж точно ничего хорошего.
— Что ты собираешься делать, когда вернёшься? — спросил Алан.
Он на самом деле понятия не имел:
— Думаю, мне нужно найти новый путь, — наконец сказал он.
— Ты ведь в курсе — они хотят, чтобы мы переехали? Это была часть твоего плана?
— Да, — признался он. — Одна из хороших частей, наверное. Я хотел дать людям шанс построить лучшее будущее.
— Мне нравится, где я живу.
«Но я должен позаботиться о твоём выживании», — подумал Тирион. «Если только…»
— Бессмысленно пытаться заставить пастухов и фермеров жить в городе, каким бы грандиозным тот ни был, — высказал своё мнение его отец. — Нам нужно свободное пространство, иначе не будет ни шерсти, ни урожая.
— Это будет только на время, — сказал Тирион. В нём начала формироваться новая идея. — Возможно, вы вообще не будете вынуждены переехать.
— Вынуждены? — сказал Алан, хмурясь. — Никто не говорил ничего о том, что мы будем вынуждены. Многие из нас вообще никуда не собираются.
— Я неправильно выразился, — солгал он. — Однако мне нужно кое-что поменять, когда я вернусь. Это будет непросто.
— Такова жизнь, — сказал Алан.
— Я не знаю, как мне это сделать, — признался Тирион. — Все ожидают некоторых определённых вещей, и многое находится вне моей власти.
Его отец встал, неся ребёнка, которого держал в руках, к одной из двух колыбелей, стоявших у одной из стен комнаты. Аккуратно уложив младенца на место, Алан выпрямился, и посмотрел на сына:
— Ответ — вот он, у тебя в руках. Я не знаю, во что ты ввязался, или как работает вся эта магия, но я достаточно долго прожил, чтобы знать, как принимать решения. Никакого секрета здесь нет.
— Тогда я, судя по всему, не сумел научиться чему-то очевидному.
Алан положил ладонь ему на плечо, слегка сжав его, прежде чем направиться к двери своей спальни:
— Это легко. Просто думай о девочке у тебя в руках. Что бы ты ни делал, или собирался сделать, думай о том, как это повлияет на неё. Тем или иным путём это скажет тебе, что нужно делать.
Спокойной ночи, сын. — И затем Алан Тэнник пошёл спать.
Тирион не спал той ночью. Он просидел все тёмные часы, глядя в сгоравший до углей огонь.
Двое мужчин, стороживших ворота в Албамарл, не узнали его.