— Что вы здесь делаете? — спросила она.
Их ответ был мгновенным, мощным, и совершенно неожиданным. Двое из них, Прэйсианы, исчезли. Шестеро остальных напали на неё.
Сара не была окружена чародейским щитом, никто из постоянно не носил, однако она всё же была окружена обычным, маленьким щитом. Однако если бы их атаки достигли его то того, как она его укрепила, Сара бы всё равно погибла.
Она не была самой быстрой или самой могучей из детей Тириона, но нерасторопной её назвать было нельзя. Сара увидела вспышку их эйсара, и мгновенно влила свою силу в щит. Их совместная атака обрушилась на её защиту, и та выдержала, едва-едва. Произнеся слово, она привела в действие свои татуировки, и чары пробудились.
Широкий удар чистой силы отправил её в полёт. Это не было попыткой сломать её щит, они лишь хотели дезориентировать её.
Сара всё ещё помнила о тех двух, что исчезли, и ещё в полёте к стене она призвала напитанный эйсаром туман, покрыв всю комнату. Если она не может их видеть, то и они не могут видеть её. Она тяжело ударилась об стену, но щит не позволил столкновению сделать с ней ничего кроме как встряхнуть её. Если бы её так кинул один из её сородичей, то удара, наверное, хватило бы, чтобы лишить её сознания. Её враги были слабаками.
Она зарычала, когда адреналин заставил её сердце забиться чаще. Она их всех убьёт.
Встав на ноги, Сара пошла через туман, следуя вдоль стены по правую руку. Она почти сразу столкнулась с одной из них. Рефлексы у этой женщины были быстры, и её наручный клинок первым столкнулся со щитом Сары. Однако силы для того, чтобы пробить щит, у неё не было.
Ответный удар Сары аккуратно разрубил женщину надвое.
Звуки по обе стороны дали ей знать, что их короткая схватка была замечена. Они пытались добраться до неё раньше, чем она снова придёт в движение. Сара приложила короткое усилие воли, и подняла один из стоявших поблизости тяжёлых деревянных стульев, послав его лететь вбок. Он врезался в кого-то, пока Сара метнулась в другом направлении.
Мужчина, в грудь которого она врезалась, был гораздо крупнее её самой. Обычно это не имело значения в битве магов, но он сумел развести её руки своими собственными, заставить её попятиться, и прижать к стене. С разведёнными руками она никак не могла атаковать его, а его физическая сила значительно превышала её собственную.
Он давил остриём своего наручного клинка ей на грудь, но её щит не поддавался.
В её голове за мгновение пронеслось несколько вариантов. Инстинктивным было использовать удар чистым эйсаром, заставив мужчину отправиться в полёт — но тогда ей всё равно придётся найти его потом, и убить. Второй её возможностью было использовать собственную волю для усиления мышц — тогда она, наверное, сможет его перебороть.
Но затем её взгляд упал на татуировку у него на шее.
Произнеся командное слово, она посмотрела, как он обмяк, и упал замертво у её ног. Такая победа не принесла удовлетворения, но на их стороне был численный перевес, и она всё ещё понятия не имела, чего они добивались. Перешагнув через тело, она двинулась вперёд, ища следующего противника.
Было слишком холодно, чтобы маленькие дети могли находиться снаружи. Так Бриджид сказали бы, когда она была маленькой, но у неё были преимущества, которых её родители были лишены.
На земле лежал снег, но ни Инара, ни Элдин не чувствовали мороз в воздухе. Она поддерживала вокруг каждого из них оболочку из тёплого воздуха, пока они хихикали, играя со снегом. Конечно, тепло заставляло снег таять гораздо быстрее, чем обычные варежки, но это ничего не портило.
Элдин был в восторге, наблюдая, как снег начинал таять почти сразу же, как он его хватал.
Даже если бы Элдин мог удержать снег, они с сестрой были слишком маленькими и плохо скоординированными, чтобы слепить из него что-то узнаваемое, поэтому Бриджид взяла эту задачу на себя. Используя свой эйсар, она зачерпывала снег, и лепила из него фантастические фигуры. Она была лишена художественного мастерства Вайолет, но детей удовлетворяли её грубые снежные лошади и прочие простые животные, а потом она переключилась на геометрические формы — кубы, квадраты и эллипсоиды.
Инара была особо очарована, восторженно наблюдая, пока Элдин тратил половину всего своего времени на попытки схватить снег руками.
Подошедший к ним мужчина был крупным, крупнее большинства, и был ростом почти в шесть с половиной футов. Как и многие люди из рабских лагерей, он был покрыт шрамами — свидетельствами о битвах, которые он перенёс, прежде чем стать надзирателем.