— Да что со мной не так!? – прокричала я, забегая в комнату. — Ничего ведь такого не было, – пробормотала я, топая ногой и бросаясь на кровать, утыкаясь лицом в подушку. — Он зло. Он проклятый сихирбаз. А я человек. Он не умеет чувствовать. Он высокомерен, эгоист, лицемер. Он не знает чувств любви, – я выпалила это все вслух, как будто пыталась убедить саму себя.
Меня прошиб пот.
— Любовь? – прошептала я. — Нет. Он меня бесил, раздражал. Я из-за него чуть несколько раз не умерла. Как я могу говорить о любви?
Перевернувшись на спину, я смотрела в потолок, стараясь разложить все по полочкам, но это было схоже на попытку сложить пазл с недостающими деталями.
— Он обманывает меня, использует, без сомнения, в своих коварных целях. Но почему… – я схватила подушку, подняла ее над собой, готовясь нанести удар. — Когда я его вижу.… В первый раз в кровавой комнате, на балу, у барьера, сейчас… Мое сердце ненормально колотится, а самой мне просто хочется упасть к его ногам, только чтобы он меня обнял. Чушь! — Я швырнула подушку в стену. — Я и он, это как солнце и луна. Две несовместимости. Любовь? Ну, уж нет. Никогда. – Я шипела, как злая кошка. — Я его ненавижу самого, но не буду отрицать того что мне нравиться его внешность. Вот. Все. Мне нравиться только его мужская красота, я же все же девочка. Мне нравиться внешность, а его душу я призираю.
Город Минью. Дворец Далиас
Тронный зал был полон волнения и тревоги, сам воздух пропитался этими чувствами. Королевская семья собралась в этом величественном помещении, где высокие потолки, украшенные золотыми лепнинами, отражали свет свечей, создавая атмосферу как торжественную, так и угрюмую.
По всему периметру зала, у каждой стены, у дверей и окон, стояли стражи в сверкающих доспехах, настороженно прислушиваясь к каждому звуку, готовые к любой неожиданной атаке. Их крепкие руки сжимали мечи, а лица были скрыты под шлемами, что придавало им вид неприступных защитников королевства.
На троне, восседая в окружении роскошных драпировок, сидели король и королева. Король, с усталым выражением лица, нервно потирал виски, пытаясь выгнать из головы мрачные мысли. Он понимал, что ситуация, в которой они оказались, требует решительных действий, но в его голове не было ясного плана. Королева, напротив, выглядела еще более взволнованной: её руки теребили ткань платья, а от каждого шороха она вздрагивала, как будто ожидая худшего. Рядом с ней, стараясь поддержать мать, стояла ее любимая дочь Патриция, шепча ей успокаивающие слова и ободряя её своим присутствием. Принц Аластор, не в силах усидеть на месте, уже в сотый раз обходил зал, его шаги были быстрыми и решительными. На его лице читалось, что он вынашивает какой-то отчаянный план, готовый к действию. В то время как принцы-близнецы Грегори и Григорий, не выдержав скуки, начали разыгрывать поединок, их мечи звенели, создавая напряженные и резкие звуки в тишине зала. Ссора между ними разгоралась, и от их слов порой поднимался смех, что только раздражало принца Зейна, который сидел на ступеньке перед троном, стуча ногой о пол в попытке подавить свое нетерпение. Принцесса Софья, охваченная страхом за свою жизнь и жизнь семьи, открывала одну шоколадную конфету за другой, шелестя фантиками и отбрасывая их в сторону. Её руки дрожали, но сладкий вкус шоколада давал ей хоть какое-то утешение в это тяжелое время. В отличие от остальных, в тени, опершись боком о стену, спокойно стоял принц Михель. Его взгляд был полон скуки, и он наблюдал за бурной активностью своей семьи, будто это была не его жизнь, а сцена из театра. Он не спешил вмешиваться в происходящее, его мысли были заняты чем-то другим, возможно, размышлениями о том, как можно было бы изменить ситуацию к лучшему.
— Я больше не могу так продолжать! — громко произносит Аластор, его голос полон горечи. — Хватит с меня этого! — Он поворачивается к отцу, глаза полны гнева. — Прошла целая неделя с тех пор, как появился Фабиан, а мы бездействуем, как будто находимся в плену. Не думаешь, отец, что пора принять меры? — Король, как камень, уставился в пол, укрываясь от его взгляда. — Ты послал двенадцать лазутчиков, чтобы выследить планы этого проклятого сихирбаза, и лишь один вернулся, сообщая о расширении владений этой твари. – Принц трясётся от ярости, каждое слово вырывается с трудом. — Два дня назад ты снова отправил сихирбазов в путь, но никто не вернулся. Их там убивают! Мы лишь теряем время и посланников, словно жизнь наших поданных не имеет значения!
— Брат, успокойтесь, — тихо произносит Зейн, вставая с места и подходя ближе. — Все прояснится, отцу просто нужно время.