Я обернулась. Он стоял, опершись о спинку одного из многочисленных диванов, расположенных по кругу в просторном зале. Его фигура выглядела строгой и незыблемой, как статуя, высеченная из темного мрамора. Скрещенные на груди руки подчеркивали его безразличие. Его темные глаза, казалось, пронизывали меня насквозь.
— Почему нет? — взглянула на него с недоумением. — Раньше это было плевым делом.
— Ключевое слово здесь — «раньше», — произносит он, не двигаясь с места. — А теперь это для тебя невозможно. — Он замечает, что возмущение берет надо мной верх, и поднимает открытую ладонь, призывая к молчанию. — Твоя магия была мощна для человека, пока я оставался частью тебя. Но как только ты освободила меня, ты утратила мою поддержку в магии. Теперь ты черпаешь силу из своей человеческой души, а не из моей проклятой. И твоя человеческая душа весьма хрупка, она не способна удерживать магию, так что любые усилия в этом направлении будут напрасны. — Он указывает на книгу.
— Как мне научиться обращаться с твоей душой? Использовать эту проклятую магию? – я встаю на ноги, но не подхожу ближе.
— Она сама проявится в тебе, когда это станет необходимо, а так, — Фабиан хмурит лоб, бросая на меня странный взгляд. — Она тебе не нужна. Тебе не нужна магия, Фрости Ро. Особенно такая проклятая. Она поглощает всё: твою душу и чувства, а если дело касается человека, то может его разорвать на куски. – Это звучит, как угроза. – В твоём случае будет разумнее сосредоточиться на тренировках с мечом, а не заниматься глупостями с магией.
— Так покажи мне мастер-класс! – восклицаю я, заметив, что он собирается отвернуться и уйти, как делал почти всю эту неделю, оставляя меня в одиночестве. – Научи меня новым трюкам.
— Позанимайся с мертвецами, – отвечает он, обращаясь ко мне спиной.
— Зачем мне мертвецы, когда передо мной стоит мое живое ненавистное проклятие? – кричу я, следуя за Фабианом. – Я же буду донимать тебя, пока ты не согласишься. – Он поворачивает в соседний коридор, и я иду за ним. – Я это умею, между прочим, у тебя этому научилась.
— Я вообще-то капал тебе на мозги, а не выносил их. – Бурчит Проклятье в ответ.
— Одно другом не мешает! – Фабиан увеличивает темп, и мне приходится практически бежать за ним. – Проклятье!
Фабиан, подобно призраку, растворился в коридоре, который внезапно оборвался, открывая мне путь в безразмерную арену. Пол, выложенный грубыми, сколоченными досками, поскрипывал под моими шагами, словно протестуя против моего вторжения. Ограждение арены являло собой необычайное зрелище: высокие, аккуратно уложенные тюки сена, ровные и прямоугольные, напоминали кирпичи, выложенные в прочную стену, создавая декорацию, полную ожидания. Стены арены были увешаны оружием – потускневшие мечи, ржавые алебарды, коротенькие кинжалы с выщербленными лезвиями, некоторые из которых, судя по их изношенности, видели немало сражений.
В воздухе витал запах пыли, старой древесины и прелого сена.
Я сделала несколько шагов вперед, осторожно изучая окружающую обстановку. Тишина была пронизанной едва уловимым предчувствием опасности.
Внезапно, резкий, ледяной ужас пронзил меня – ощущение смертельной угрозы, исходящей из-за спины. Инстинктивно, сжавшись, я резко развернулась, выполнив стремительное вращение вокруг своей оси. Удар был настолько быстрым и точным, что я едва успела увернуться. Металлический звон пронзил молчание арены – лезвие меча вонзилось в деревянный пол в том самом месте, где я стояла мгновение назад.
Из тени, отбрасываемой высокими тюками сена, вышел Фабиан. В его руке блестел меч – идеально отточенный, с блестящей полированной, сталью лезвия. Он был точной копией того, который только что едва не пронзил меня.
– Умеешь же ты ныть и выпрашивать, что хочешь, – прошипел он.
Его насмешка звучала угрожающе, но я удержалась от ответной колкости. Вместо этого я улыбнулась, выхватив из-под ног оружие – простой, но прочный клинок, похожий на тот, что был у Фабиана, хотя и несколько грубее в исполнении.
– Покажи мне, на что ты способна, солнце, – он медленно приблизился, его меч описывал круги в воздухе, сверкающие блики света отражались на полированной стали. – Попробуй хотя бы оцарапать меня, используя мои же приемы. Почувствуй мой стиль, почувствуй мою силу. Только тогда ты поймешь, насколько ты слаба рядом со мной.
– С тобой? – вырвалось у меня, и я сделала решительный шаг в его сторону, крепко сжимая меч обеими руками.
Я замахнулась, но он, с легкостью, одной рукой отбил мой удар, как будто это было не более чем мягкое прикосновение.
– Да по сравнению с тобой, я ничто, – произнесла я, чувствуя, как внутри меня нарастает ярость.