— Нет, — прошептала я. – Нет, Фабиан, зачем? Она же невинная девочка…
— «И вот, как только дверь распахнулась, мальчик, не колеблясь, вонзил осколок прямо в грудь девочки. Она даже не успела вскрикнуть, как повалилась на пол, истекая кровью. А мальчик, оставшись невозмутимым, не ощутил ни уколов совести, ни капли жалости — лишь безразличие. Он бросился наутек, ориентируясь в лабиринте дворца, пока не выбрался на улицу и не скрылся в повозке, уносящей его в город. Мальчик выживал, как мог, прячась и бегая от всех и вся, и это у него неплохо получалось, он так прожил более полугода, пока его вновь не поймали и не вернули во дворец. Там его привели в главный зал, где обитала графская семья. Впервые он увидел своих родителей, но радость встречи мирно разошлась под гневом деда, распаленного убийством милой внучки. Он поклялся отомстить не мечом, а проклятием. Зеркало, разбитое мальчиком, которым он убил сестру, граф со слугами магии вновь собрал в единое целое. И когда внук оказался перед дедом, тот, излив всю силу, заточил его в зеркало, оставив гнить там, в вечной тьме». – Я всем телом чувствовала, как Фабиан злиться, говоря мне все это. – «Мальчик жил в бездне, в зеркале не отражалось ничего, кроме его страданий. Он утратил счет тому, сколько времени провел в этом безмолвном заключении, и после двадцати лет забыл о реальности, погрузившись в сон на многие годы. Пробуждение пришло лишь тогда, когда он услышал треск, ясный и громкий. Зеркало, которое держало его в плену, начало трещать, а затем раскололось на миллионы осколков. Вырвавшись из своего узилища, он почувствовал непередаваемую мощь. Проклятье, наложенное на него, настолько вжилось в его суть, что стало его силой — огромной и непобедимой. Весь этот ужас стал его источником могущества, настолько великого, что даже зеркало не устояло под его весом. Осознав, что подобный шанс выпадает лишь раз в жизни, он решил им воспользоваться. Используя свою проклятую силу, мальчик разорвал на части всю свою семью, а затем стер с лица Земли родной город деда, оставив после себя лишь пепел, который навсегда лишится травы и жизни». – Завершил он. – «Вот и сказочке конец, а кто слушал молодец».
— Все? Но ты не рассказал, как лишился тела! – Возмутилась я.
— «Ну а это уже другая история. Спи, Фрости Ро, завтра у тебя будет много дел».
Глава 7
— «Подъем! Хватит спать!» — зазвенело у меня в ушах. – «Фрости Ро!»
— Ну что ты раскричался с утра пораньше… — сонно мямлила я. – Так спать хочется.
— «Шесть часов поспала и хватит, пора идти работать».
— Куда работать? – сползала я с печи. – О, тело мое тело. – Разминалась я. – Все тело затекло на этой печке.
— «Я даю тебе ровно тридцать минут на поесть и умыться, а потом делаешь то что я говорю, уяснила?» — я дала согласие.
Голодный урчание в животе заставило меня вспомнить о скудном запасе провизии, который я предусмотрительно прихватила из города. Сухой паек, купленный наспех, был не самым аппетитным, но лучше, чем ничего. После скромного перекуса, я решила умыться. Прохладная вода из пластиковой бутылки освежила лицо и позволила немного привести себя в порядок. В этот момент, Фабиан начал вновь болтать и отдал ряд распоряжений.
Первым пунктом было открыть сундук, который я заметила еще вчера. Он стоял у стены, прислоненный к большому дубовому шкафу, и был украшен сложной резьбой, что делало его еще более загадочным. Но самым заметным элементом была огромная медная задвижка с массивным замком. Ключа, разумеется, не было. Я осмотрелась по сторонам, надеялась найти ключ в этой заброшенной хижине, но поиск был безуспешным. Оставался только один вариант — найти подходящий камень и попытаться вскрыть замок. Это было не самым приятным занятием, но время поджимало. Обойдя хижину по периметру, я нашла довольно крупный булыжник с острым краем. С нескольких попыток мне удалось вставить камень в щель замка и с силой упереться в него, с треском замок поддался.
Сундук оказался забит старыми тряпками и одеждой, видно поеденной молью. Я решила сперва проверить, что лежит сверху. Подняв верхнюю кучу тканей, я обнаружила длинную зеленую юбку с несколькими дырами разного размера. Юбка была сшита из грубой шерсти, которая на ощупь казалась жесткой и колючей. Осторожно отложив юбку в сторону, я с трепетом принялась изучать остальные сокровища этого сундука. В его глубине мне попался старый кожаный кошелек, потертый жизнью и временем, рядом лежали несколько коробок с закрытыми крышками.