— Я сделаю так, что ты умрешь раз и навсегда. – На мои слова он только громче расхохотался, не веря мне. — Я расскажу королю Леопольду о тебе, открою ему твои истинные намерения, и я уверена, что он придумает, как с тобой расправиться.
— «Ты уверена? Он убьет тебя, как и меня. Он все равно выяснит, что ты человек, так что тебе не избежать смерти». – Я крепко сжимаю кулаки. – «В следующий раз лучше думай, тупица. Возможно, ты сможешь меня обмануть. Но пытаться управлять мной…» - Его голос становится все более жестким. – «Даже не смей, иначе я разорву тебя на куски самостоятельно».
— Ну что ж, — произношу я, спустя несколько минут. – Если мы завершили нашу дискуссию, можем ли мы наконец поговорить нормально?
— «Уговорила». – Улыбка появляется на моем лице.
— Первое, что меня интересует, это ответ на мой вопрос. Почему ты не общался со мной, точнее, почему не реагировал, когда я тебя звала?
— «Не хотел». – У меня чуть не вырывается крик от нарастающего гнева. – «Я понимал, что ты хочешь услышать, поэтому предпочёл промолчать. Я не знаю ответа на твой вопрос».
— Какой именно? У меня их немало. – Я посчитала на пальцах. – Нет ответа на тот факт, что ты не помнишь, как тебя убили, на то, что ты не осведомлён, почему заставил меня сразиться с Аластором, на то, что тебе неясно, как отыскать воспоминание или почему принцы напали на меня, как на несметное сокровище? Какой именно из этих вопросов?
— «Первое. На самом деле я не помню, как меня отделили от тела, а не убили. Я жив!» — последнее слово Фабиан произносит с рычанием. — «Честно говоря, я практически ничего не помню с боя с Валадом. Единственное, что у меня осталось в памяти — это то, как мы сражались высоко в небе, окруженные звездами, а потом все погрузилось в туман». — Его голос, когда он это рассказывает, кажется таким безжизненным, что действительно пугает. — «Возможно, Валад похитил и мою память, предполагаю, она заточена вместе с его».
— То есть если мы сможем отыскать воспоминание, то, вероятно, найдем и тело. — Шепчу я про себя заключение.
— «У тебя есть одна небольшая проблемка», — растягивает слова Проклятье. – «Это чертово воспоминание, семейка Далиас не смогла отыскать за пятьсот лет. Ты думаешь, сможешь?»
— Это идиотизм! – вскрикиваю я. — Когда ты отправлял меня искать тело, не возникало ли у тебя этого вопроса? Как мне отыскать тело в таком огромном дворце, если его могли найти члены Далиас за полтысячи лет?
— «Сад, где спрятано воспоминание», — повторяет Фабиан, игнорируя мой поток слов. – «Обследуй его вдоль и поперек, но найди воспоминание». – Это звучит как приказ, хотя почему как.
– Мое ненавистное проклятье… – тихо произношу я, садясь на кровать и обнимая подушку. – Давай договоримся, – в моей голове слышу вопросительное хмыканье. – Неважно, что произойдет, будет ответ или нет, просто давай…. Давай, ты всегда будешь со мной общаться. Всегда откликайся на мои вопросы или просто на разговоры, даже если я просто зову тебя. – Слова вырываются из меня без контроля. – Пожалуйста, не игнорируй меня. Я боюсь остаться одна здесь, Фабиан. Умоляю, скажи мне «да».
– «Да». – После долгих пяти минут он ответил, и я почувствовала радость.
— Спасибо, — я откидываюсь на спинку кровати, смущенно улыбаясь. – Теперь ты не сможешь избежать разговора и убежать от моих вопросов, которые я уже задала!
— «Обманула!» — вскликнул Фабиан, недовольный.
— Всего лишь слегка обхитрила тебя. – С дразнящей интонацией ответила я. – Так что, продолжай отвечать.
— «Чертовка!» — фыркает он. — «Что ты там говорила?» — Вспоминает мои вопросы. — «Почему заставил сражаться с принцем? Всё довольно просто, мне было интересно узнать, насколько развиты его боевые навыки. И могу с уверенностью сказать, он силен, возможно, самый мощный из всех принцев, хотя я не видел, как Зейн выступает в спарринге, думаю, он тоже довольно хорош. А остальные принцы просто стоят на заднем плане».
— Ты считаешь их бесполезными? — спрашиваю.