— Это вообще возможно? – Спрашиваю я.
— Существует одно зеркало, которое позволяет взглянуть в свою душу. Оно способно открыть тебе все, что ты хотел бы узнать о себе, раскроет то, что скрыто, и закроет то, что уже открыто. – Я внимательно слушаю его слова. – У Михеля есть это зеркало и соответствующее заклинание, и если ты желаешь, он может одолжить его нам, и ты узнаешь о себе гораздо больше.
«Какой же монстр в тебе проснулся? Или ты уже окончательно им стала». – Пронеслись в голове слова матери.
«Твой характер — это ненормальность». – Говорил мне как-то Фабиан. – «Но ты так тщательно спрятала это безумие за образом невинной девушки, что уже забыла, каково это — вести себя жестоко. Возможно, это просто ускользнуло из твоей памяти или ты была настолько юной, что твое сознание само решило забыть или, быть может, кто-то намеренно внушил тебе быть хорошей девочкой».
А я ведь действительно едва ли могу вспомнить что-то ясное до того, как вступила в академию «Виши». Все мое детство — это смутные, размытые картинки, наполненные нечеткостью и неопределенностью. Я лишь сохраняю в памяти чувство ненависти к матери за холодное обращение и к отцу за то, что оставил меня с ней и её непрезентабельным характером.
И теперь, когда мне предложили вспомнить события до двенадцати лет, не осужу ли я себя за это? Смогу ли я справиться с тем, что там, в темном уголке памяти, хранится, может быть, болезненная правда?
— Я бы не возражала вернуть воспоминания о своём детстве, — наконец, говорю Аластору.
— В таком случае, я переговорю с братом.
Мы идем неторопливо, под безмятежным голубым куполом, сотворенным Аластором, что укрывает нас от дождя, разразившегося несколькими минутами ранее. Принц рассказывает мне о своих детских годах, погружая в мир напоминаний, где смех переплетался с мечтами. Я, в свою очередь, делюсь вымышленными рассказами о своей жизни до появления в этом чарующем городе Минью.
— Вы изменились, Ваше высочество, – тихо произношу я, стараясь не встречать его взгляда.
— Что ты имеешь в виду? – интересуется он.
— Вы стали более дружелюбным и открытым, и, похоже, я начинаю верить всем тем слухам, что блуждают по дворцовым коридорам.
— Какие же слухи обо мне распускают во дворце? – Принц обходит меня, преграждая мне путь.
— Говорят, что принц Аластор влюблен, – я поднимаю на него глаза, испытывая смущение. – И что его поездка на юг не была деловой, а имела иную цель, скорее всего, свадебную.
— Существует лишь одна истина, — произносит принц с улыбкой, вставая рядом со мной и продолжая шагать. — Возможно, я действительно испытываю любовь. Любовь с первого взгляда. — Он говорит это загадочно, и это почему-то наполняет меня волной интереса. — Ты веришь в любовь с первого взгляда, малый сихирбаз?
— Не могу сказать точно, но полагаю, что в этом мире, возможно, всё, — отвечаю я, и мы останавливаемся.
— Мы на месте, — говорит Аластор, внимательно изучая участок сада.
— Это здесь? – удивляюсь я. – Я столько раз проходила мимо и даже не догадывалась, что эта территория когда-то была охвачена огнем. Конечно, я замечала, что трава здесь выглядит более иссушенной, но никогда бы не подумала, что здесь был пожар. – Я осторожно ступаю на полянку, где лишь засохшая трава, пара кустиков и одно безлистное дерево напоминают о прошедшем. – Как это странно… — бормочу про себя. – Я ожидала почувствовать какую-то особую атмосферу, но ничего не происходит. Вокруг лишь тишина, и ветер, кажется, здесь обходит стороной.
— Что говоришь? — спрашивает принц, находясь в нескольких метрах от меня. — Иди обратно под купол, иначе ты промокнешь.
— Дождь не такой сильный, Ваше высочество, все в порядке, — машу ему рукой, обходя этот участок. — Проклятье, здесь нет ничего, что же делать? — обращаюсь к Фабиану, глядя на спину Аластора, который наблюдает за другим участком с магическими цветами.
— «Скажи перевод рун, может, появится что-то интересное», — отвечает Проклятье.
— Там, где был свет, всё было сожжено дотла.
Едва успеваю завершить фразу, как, внезапно, проваливаюсь в бездну.