— Ровена? — доносится издалека тревожный голос Аластора.
Несколько минут беспамятства, и я лежу на земле, совершенно одна. Голова гудит, затылок пульсирует. Медленно поднимаясь, я осматриваюсь.
Вокруг – невероятное зрелище. Это не просто другой уголок королевского сада, это… другая реальность.
Вместо унылой осенней слякоти, царит яркое, солнечное лето. Десятиметровые изумрудно-зелёные живые изгороди из неизвестного, светящегося изнутри растения, обрамляют идеально ровный газон, трава которого кажется чуть ли не фосфоресцирующей. Небо – безупречно синее, без единого облачка. Воздух наполнен сладким, пьянящим ароматом цветов. Огромные клумбы пестрят роскошными розами всех оттенков – от кремовых до бордовых. Горделиво распускаются лилии, а между ними – множество других, мне неизвестных, растений с цветами невероятной красоты и самых неожиданных форм и размеров.
Это место напоминает идеальный, воображаемый рай, воплощение всех самых смелых фантазий о прекрасном.
Пройдя немного дальше, я замечаю фонтан. Он изящен, выполнен из белого, полированного мрамора, и излучает спокойное, умиротворяющее журчание кристально чистой воды. Удивительно, но это точная копия фонтана из центра королевского сада, только в этом месте он выглядит ещё величественнее, гармоничнее вписываясь в окружающий райский пейзаж.
Вода в фонтане на странность тёплая, почти горячая. На внутренней поверхности чаши я снова вижу те же загадочные руны, что и на фонтане в саду – сложные переплетения символов.
Проведя рукой по этим рунам, я чувствую лёгкое вибрационное покалывание. Из центра фонтана медленно поднимается каменный пьедестал, увенчанный изваянием руки, сжимающей в ладони фиолетовый драгоценный камень – крупный, идеально огранённый аметист, излучающий мягкое, фиолетовое сияние. Камень кажется тёплым на ощупь, и от него исходит некое… притяжение, похожее на слабое магнитное поле. Воздух вокруг него дрожит, а я ощущаю прилив энергии, прилив необыкновенной силы и спокойствия.
— Это что, и есть воспоминание? – Взгляд мой направлен на камень.
— «Похоже на то».
— Тогда давай просто его заберем! – Я встаю на парапет и собираюсь дотянуться до камня.
— «Стой!» — грозно говорит Фабиан.
— Чего? – Опускаю я свою руку. – Почему стоять?
— «Если от камня исходит мощная энергия, значит, он ею питается. Если его тронешь, можешь сильно пострадать».
— Да неужели!? – Я в недоумении. – У меня уже и терять нечего, так что, не переживай!
Я уже не прислушиваюсь к Фабиану и его россказням, а просто тяну к себе камень, его теплая поверхность ощущается под моими пальцами.
В голове же мелькали образы, хаотичные и невнятные.
Я боролась с этим визуальным потоком, напрягая все свои силы, пытаясь упорядочить хаос. И вот, картинка стабилизировалась.
Я увидела все глазами Валада Далиаса.
Вокруг простиралось бесконечно далекое звездное небо, усыпанное миллиардами мерцающих светил, которые казались ближе, чем когда-либо прежде. В пяти метрах от него висела черная дымка, плотная и вязкая, словно живое существо. Она извивалась, пульсировала, окутывая фигуру, которую я с трудом узнала как Фабиана. Его тело было почти полностью скрыто этой темной пеленой, лишь изредка пробиваясь сквозь нее неясно очерченными контурами. В руках Далиаса блеснул посох, древний и могущественный, направленный прямо на застывшую в темноте фигуру. Валад, с видимым усилием, начал кружить посохом по часовой стрелке, совершая плавные, размеренные движения, напоминающие танец. При этом темная дымка, окутывающая Фабиана, отзывалась на ритуал, разделяясь на три части.
Одна из них, густая и тяжелая, резко опустилась вниз, падая камнем на землю, оставляя за собой еле заметный след искрящейся пыли. Вторая часть, напротив, застыла в воздухе, неподвижная и неколебимая. Третья же трансформировалась, переливаясь всеми оттенками фиолетового, превращаясь в сверкающий кристалл, который, с невероятной скоростью, полетел в руки Валада.
Он поймал камень, его лицо оставалось непроницаемым, лишь губы шевельнулись, произнеся едва слышное заклинание: «Проклятого сихирбаза, можно победить только проклятой магией», – прошептал он, голос его был глубок и полон силы. – «Вот я и победил тебя, Фабиан Йорон. Тебя не убить, но наказать на вечные муки можно. Будешь теперь бродить по этому свету с голой душой, без тела и воспоминания о том, как проиграл мне. А тело твое будет покоиться там, где ты его никогда не найдешь».