— «Ты вроде восстановила свои силы, а мне по-прежнему почти нечем питаться», – недовольно ворчал он. – «Я понимаю, что сейчас у тебя всего 36%, но этого явно недостаточно. Мне нужно больше».
— И как мне это «больше» тебе достать? – подняла я руки в недоумении. – Как?!
— «У меня есть одна идея», – произнес Фабиан с заманчивым тоном.
— Она мне уже не нравится.
— «Понравиться значит!» — фыркнул он, продолжая. – «Чтобы меня насытить, нужно много сил, и их можно взять взаймы или украсть».
— «О чем ты говоришь?» – нахмурилась я, сжимая подол своей белоснежной ночной рубашки.
— «Аластор». – Он долго произносил это имя. – «Нам. Нужен. Аластор».
Холодный камень обвивал мои ступни. Длинная, тяжелая мантия, скрывавшая под собой длинную рубашку, едва не волочилась по полу, шурша по мрамору. Единственным источником света в бесконечных коридорах дворца были мерцающие свечи в высоких, изящных подсвечниках, отбрасывающие пугающие тени на стены.
Тишина была настолько глубока, что я слышала собственное дыхание, каждый стук сердца, отдававшийся гулким эхом в пустоте. Воздух был пропитан запахом старой древесины, пыли и чего-то еще… чего-то сладковатого и одновременно отталкивающего, словно запах застоявшейся крови.
Я двигалась бесшумно, как призрак, стараясь не потревожить ни одну пылинку. Моя цель – покои принца Аластора. Это была очередная авантюра, рискованная до боли, но я не могла иначе.
Достигнув поворота коридора, я замерла, прижимаясь к каменной стене. Осторожно выглянула из-за угла. Перед дверями покоев принца царила пустота. Ни стражников, ни слуг – никого. Удача улыбнулась мне.
Ноги дрожали так сильно, что я едва могла стоять. Сделав несколько глубоких вдохов, чтобы успокоить себя, я приблизилась к массивной дубовой двери, украшенной сложной резьбой, изображавшей хищных птиц и змей. Рука, онемевшая, медленно поднялась, сжалась в кулак и… три робких стука раздались в тишине. Время замерло. Сердце ушло в пятки, страх сдавил горло, и даже мое собственное, порой неконтролируемое, безумие сдалось перед этой всепоглощающей паникой.
В следующую секунду дверь медленно распахнулась, и передо мной предстал Аластор. Его вид заставил меня забыть о страхе. Распущенные волосы, цвета застывшей крови, каскадом ниспадали на плечи, скрывая часть обнаженного торса. Кожа его была бледной, почти прозрачной, прожилки синих вен просвечивали сквозь тонкую кожу. Ядовито-зеленые глаза, прищуренные, пронзили меня насквозь, в них читалась бездна, полная тайных знаний и скрытой силы. На его шее, спрятанная под густыми волосами, я заметила едва различимый след – тонкий, серебристый шрам в виде змеи, который, похоже, был скрыт под магическим заклятием.
— Ровена? – произнес принц с сонным голосом мое имя.
— Я не буду извиняться за свой поступок, принц Аластор. Просто примите его, или отриньте! – с твёрдостью заявила я.
Собравшись с духом, я сделала шаг вперёд, преодолевая крошечное расстояния пространства. Встала на носочки, приподнявшись, и, не убирая взгляда с его глаз, положила ладони на его щеки, ощущая тепло кожи под пальцами. В тот миг мир вокруг нас распался на сотни маленьких кусочков, и всё, что имело значение – это он, это мгновение.
Я притянула его ближе к себе и, словно в ответ на невысказанные чувства, поцеловала, позволяя времени остановиться и забыться, растворяясь в его аромате и обаянии.
***
— «При поцелуе открывается поток энергии и силы, который можно украсть незаметно и это тебе надо сделать».
— Вопроса два. – Выдала я, отходя от шока. – Первый, с чего ты решил, что Аластор позволит мне его поцеловать? Второй, как я найду этот поток?
— «Ответа два». – Передразнивает он меня. – «Первое, легко. Аластор по уши влюблен в тебя и будет рад ответить тебе взаимностью». – Мену тут и передернуло от его слов. – «Второе, когда поцелуй раскроется, ты сразу почувствуешь поток энергии, и ты должна будешь ощущать только его, чтобы пропитаться им. Ясно?»
— Допустим, но другого способа нет?
— Нет.
***
Я до последнего тешила себя надеждой, что он остановит меня, что его губы не коснутся моих. Напрасно. Он не отстранился. Более того, ответил на мой поцелуй с такой силой и страстью, что у меня перехватило дыхание. Его ладонь обхватила мою талию, прижимая меня к дверному косяку с такой силой, что я почувствовала, как напряглись мои мышцы. Вторая рука упиралась в косяк, словно он хотел зафиксировать меня в этом положении, полностью контролируя ситуацию. Его поцелуй был одновременно мягким и порывистым – он балансировал на грани нежности и страсти, то затихая, прикосновением губ едва касаясь моих, то вновь вспыхивая с неудержимой жадностью.