В этот момент в папе что-то щелкает. Его лицо становится жестким, и я вижу, как он сжимает зубы, его челюсть напрягается. Я чувствую, как в воздухе витает напряжение, и меня охватывает страх.
Внезапно его сильная ладонь ударяет маму по щеке с такой силой, что она валится на пол. Сердце замирает от шока. Я не могу поверить своим глазам. В голове крутится множество вопросов.
Как же так? Почему это происходит?
Я вижу, как мама, все еще на полу, прижимает руку к щеке, в глазах у нее появляются слезы. Она смотрит на папу с недоумением и страхом. Папа, стоя над ней, выглядит растерянным, его лицо искажено эмоциями. Он, кажется, не понимает, что только что сделал. Мама поднимает голову, и в ее глазах я вижу не только боль, но и гнев.
— Моя дочь совершенно невинна. – Мужчина пристально смотрит на маму. – Если она решила что-то сделать, пусть это будет, независимо от последствий. Хоть это будет убийство, хоть ограбление, Ровене Фростин все разрешено, ведь она мое самое ценное сокровище. Она дочь своего отца. Ровена Фростин — дочь Дария Фростина.
— Какой же чудовищный монстр пробудился в тебе? – Эти слова знакомы мне, мама произносила нечто подобное на нашей последней встрече. – Нет, ты стал таким окончательно.
Папа снова собирается поднять руку на маму, его лицо искажено гневом, а в глазах сверкает ярость. Он готовится ударить её с такой силой, что кажется, хочет сломать её. Но в этот раз всё происходит иначе. Мама, не теряя ни доли секунды, быстро достаёт пистолет, который она прятала за спиной.
Словно в замедленной съемке, она нажимает на спусковой крючок, и в воздухе раздаётся глухой звук выстрела. Четыре пули проникают в грудь отца, и он лишённый сил, падает на пол, издавая последний, сдавленный вздох. Его глаза закрываются, и всё вокруг погружается в тишину.
Тут же в гостиную вбегает маленькая я, девочка, с широко раскрытыми глазами и трепетным сердцем. Она не понимает, что произошло, и, увидев своего отца на полу, кидается к нему в объятия, пытаясь разбудить его, как будто он просто уснул. Её платье и маленькие ручки быстро покрываются кровью. Она не осознаёт, что это не просто игра, и её крики о помощи раздаются в пустом пространстве, где никто не может ответить.
Когда девочка понимает, что папа не проснётся, её страх превращается в слёзы. Она бросается к матери, теребит её за руки и волосы, крича всё, что приходит ей в голову. Но мама, казалось бы, отрешённая, переворачивает стеклянный журнальный столик рядом с собой, который с грохотом разбивается на мелкие осколки. Девочка вздрагивает от звука, её сердце екает, и она, с глазами, полными слёз, замирает на месте.
Не обращая на дочь никакого внимания, мама хватает с дивана свой телефон и набирает номер. Её голос звучит холодно и уверенно.
— Увозите его и приберите здесь.
Она отключается, и в воздухе остаётся лишь гнетущая тишь.
Один раз моргнув, и я оказываюсь в совершенно другом месте — это кабинет психолога. Мужчина с залысинами и в белом халате сидит передо мной на стуле, а я, маленькая девочка, уютно устроилась в мягком кресле. Он внимательно смотрит на меня, а затем щелкает пальцами. Я чувствую, как тяжесть сходит с моих плеч, и засыпаю.
— Ровена, ты забудешь, как выглядит твой отец, как его зовут и кто он такой. Ты забудешь о нём всё, как только я снова щелкну пальцами, — говорит он, и его голос звучит как сладкий сон.
Я понимаю, что мама привела меня к этому психологу, потому что он умеет гипнотизировать, чтобы стереть мои воспоминания о папе.
— Внуши ей ещё, что она покорная девочка, — говорит мама, стоя у двери со скрещенными руками.
В её голосе слышится нечто зловещее, и я чувствую, как внутри меня что-то начинает меняться.
— Пускай считает себя невинной, спокойной, всего боящейся девочкой, чтобы никакой монстр не проснулся в ней больше, как было с её отцом.
— Николь, это опасно для пятилетней девочки, — отвечает психолог, но его слова теряются в воздухе.
Я чувствую, как в моём сознании происходит нечто ужасное. Я не хочу быть покорной, я хочу быть свободной. Но в этот момент все мои мысли и желания начинают расплываться, как туман. Я не знаю, что будет дальше, но чувствую, что моя жизнь навсегда изменится. Мама продолжает наблюдать за процессом, и я понимаю, что она хочет защитить меня от чего-то, что она сама не может понять. Но что, если в этом процессе я потеряю не только воспоминания о папе, но и часть самой себя? Я чувствую, как меняется моё восприятие мира.