Фабиан прижал меня, его глаза горели, как будто в них бушевал огонь — то ли злости, то ли какой-то непонятной насмешки. Он непредсказуем, и это меня пугает.
Второй раз, когда он нависает надо мной, я чувствую, как будто попадаю в ловушку. Это начинает напоминать его новую привычку – запирать меня в тисках своей непомерной силы и внушать страх своим давлением.
Я кладу ладони ему на грудь, надеясь оттолкнуть его, но он был как глыба, неподвижная и твердая, не проявляя ни малейшего желания уступить. Его внимание было сосредоточено на моих глазах, а не на моих попытках освободиться. Он ухмылялся, как будто наслаждаясь моим беспокойством.
— Отпусти меня… — выдавила я, шипя сквозь зубы, стараясь сохранить хоть каплю достоинства.
— Не желаю, — холодно ответил он, и в его голосе не было ни капли сомнения.
Фабиан отпустил одно мое плечо, но его свободная рука моментально сбросила мои руки с его груди, а затем крепко схватила мои запястья и закинула их над головой. Я злобно следила за его действиями, пытаясь вырваться, но это было абсолютно бесполезно. Я ощущала себя беспомощной против его силы. Его вторая рука, освободившись от моего плеча, скользнула по моему телу к шее, слегка сжимая ее. Я напряглась, не желая показывать ему свою слабость.
— Договор, Проклятье! — произнесла я, стараясь говорить уверенно. — Верни меня в людской мир. Ты должен…
— Я тебе ничего не должен, — прервал он меня, его голос был низким и угрюмым. — Вспомни правила договора между нами.
Он шептал, его дыхание касалось моего лица, и от этого мне стало трудно дышать. Это было не из-за его руки на шее, а из-за того, что он вызывал во мне противоречивые чувства.
— Я делаю тебя сильнее, чтобы ты не подохла раньше времени, а ты возвращаешь мне мое тело, — продолжал он, его слова звучали как приговор.
Я знала, что он прав, и помнила условия нашего договора, как будто они были написаны у меня на лбу. Но он продолжал.
— Но в договоре не шло речи о том, — его голос стал еще тише, — что я возвращаю тебя в твой мир. Об этом мы с тобой не договаривались, Фрости Ро.
В этот момент я ощутила, как страх и гнев смешиваются в моем сердце.
— Обманул! – Выкрикиваю ему. – Врал! Обманывал! Использовал! Ничтожество!
Он наклонился ближе ко мне и шепнул на ухо, легонько касаясь его своим носом.
– Нет… Я не обманул, я лишь перехитрил тебя, солнце.
— Ты! – восклицаю, дергая головой. – И как же я теперь вернусь домой!?
— Я верну тебя назад, но только тогда, — отвечает Фабиан, глядя мне в глаза с довольной улыбкой. – Когда завоюю весь магический мир и уничтожу всех Далиасов.
Он освобождает мои запястья, и я мгновенно обвиваю его руку, что по-прежнему удерживает мою шею. Я сжимаю его, вгрызаюсь в его кожу ногтями, оставляя следы отчаяния.
— Внутри меня твоя душа, та самая, что и ты, — говорю я, пытаясь сохранить серьезность. – Почему же я не смогла покинуть это место?
— Возможно, портал решил, что этого недостаточно, ему не хватает лишь куска моей души, ему требовалось нечто большее.
— Например? – я поднимаю подбородок.
— Всего меня, солнце.
— Почему я вдруг стала тебе солнцем!? – меня это бесит, а ему нравится, вижу это по его выражению лица. – Мне и Фрости Ро хватало.
— У меня переменчивое настроение, Фрости Ро.
Сухо усмехнувшись, он отпускает меня и делает несколько шагов назад.
— Выбери любую комнату, которая понравится больше всего, — говорит Фабиан. — Исцели себя с помощью кольца Аластора и… — Он оглядывает меня с головы до ног. — Сними эту грязь. Не переживай, здесь есть вещи. А потом спустись обратно. Тебя будут ждать.
Фабиан, сделав легкий взмах рукой, исчезает в густом облаке дыма, оставляя меня одну в этом жутком месте.
Глава 21
Я оглядываюсь по сторонам дворца, и меня охватывает волнение. Здесь атмосфера значительно более мрачная и угнетающая, чем во дворце Далиас, где я чувствовал себя хоть немного в безопасности. В этом здании царит холод, а из сквозняков доносятся шепоты мертвецов, словно они пытаются что-то мне сказать. Мурашки бегут по коже, и я машинально целую кольцо на большом пальце, который придаёт мне силы и заживляет все мои раны.