– Оу... А Арсений будто просто слился с работы, – пожала плечами Вика. – Даже в чате не пишет, нужно направить к нему врача что ли, – она возвела глаза к потолку, словно впервые задумавшись о его судьбе. – Нет, серьезно, а вдруг ему там плохо?
– Я спрашивал вчера, и он мне ответил, – замотал головой Дима. – С ним все хорошо, просто отлеживается.
А вот я отмолчалась, да... Наверное, и правда очень некрасиво с моей стороны. Впрочем, я ведь и не думала, что совершенно посторонние мне люди будут переживать о моей судьбе. Я созванивалась с мамой раз в пару дней, но сейчас отчего-то не могла вспомнить, как давно мы говорили в прошлый раз. Словно жизнь с альфой отдалила меня от всего мира, заперла в тесной клетке и оставила одну в этом вакууме. «Вот-вот. Остерегайся», – тут же подсказало сознание. Вика и Дима захихикали, вновь заводя разговор. Они не шептались, но я не пыталась разобрать слова. Одной порции кофе мне показалось мало, и я тут же шагнула к кофемашине, чтобы утолить свою жажду. «Арсений болеет. Как давно, интересно?», – спросило меня сознание. «Уж не с тех ли пор, как его подстрелили на складе?».
Нет... Ну нет, второй труп ведь опознали, да? А самим маньяком он быть не мог, не та комплекция. Палец мой задрожал, когда я нажимала на кнопку запуска кофемашины, зерна попали в жернова, и аппарат загудел. А что, если это и правда – Арсений? Что, если он и не мужчина вовсе? Биологически. Он ведь и правда был странноватым, нелюдимым человеком со странными увлечениями. Нужно будет обсудить это с Сашей, рассказать ему ещё одну версию, вызвать антрополога на допрос, в конце концов. Кажется, что я входила в Топ-1 среди всех потенциальных жертв местного маньяка, и, не добравшись до меня, он уже никого не убьет. Черная малоаппетитная жижа полилась в подставленную мной кружку, и Вика остановилась рядом. От нее пахло так сладко, что в носу у меня защипало.
– О, ты на машине своего охотника, – заметила она, не скрывая удивления. – Так статус ваших отношений приобрёл официальность?
– Ха! Мы не помолвлены, если ты об этом, – я отчего-то улыбнулась, отвечая на заданный вопрос.
– И хорошо, никогда не стоит спешить со свадьбой и детишками... Ты лучше хорошенько подумай над этим, – в голосе ее зазвучали тревожные нотки.
– Ты думаешь, что наш охотник – плохой человек?
Я уже слышала от Вики подобное... Словно большая часть мужчин вызывала в ней если не негатив, то сильные опасения, сомнения, даже гнев. Вика поджала губы, сбежала от моего взгляда, вновь отвернувшись к окну. Казалось, что она не говорит того, о чем думает на самом деле. Какова вероятность, что она и правда – омега? Высокая. Вика ведь небольшого роста, ее тянет ко всему нарочито женственному, розовому и сладкому. Да, я думаю, что это так. Кофемашина прекратила свое гудение, а вот аппараты, используемые Димой, вдруг зашумели. Надеюсь, что на нас не идёт какой-нибудь тайфун.
– Я не о том, хороший он или плохой, Вася. Просто жизнь жены военного – это постоянные переезды с места на место. Тебе придется мотаться за ним по свету, ждать дома, однажды, возможно, и не дождавшись с очередной смены, – говорила она медленно. – Подумай, хочешь ли ты положить свою жизнь на этот алтарь.
– Я подумаю, – голос почему-то захрипел. – Вечер фильмов у вас уже прошел, да?
– Да! – крикнул Дима, уже приступивший к работе на другом конце станции. – Смотрели Американского психопата.
– Как-то это не патриотично, – хмыкнула я. – Вам не хватает российских психопатов?
– Следующий фильм выберет Вика, вот где будет настоящее кино.
– Я хочу «Дьявол носит Прада», – ответила коллега, и Дима издал недовольный стон.
Он смотрел на нее такими глазами... Влюблёнными, иначе и не сказать. Вика вновь захихикала, и лицо ее приобрело знакомое выражение: безмятежность, добродушие и спокойствие. Слова ее отчего-то застряли в моей голове, и я уже не могла думать о камнях под ногами, о своей будущей докторской степени, о научной работе и станции на краю мира. Жена военного. Насколько это вообще возможно?
28. Что она может ответить?
«От нее так сладко пахнет. Жасмином или мне только кажется? Эта белая шея, эти ноги, руки, ее волосы. Нужно отобрать у нее краску, посмотреть, как будет лучше: блондинкой или брюнеткой. Лучше мы решим, чем она, верно? Решать должен потребитель». Господи... Он ведь сам не уймется, правда? Нужно выпить еще одну таблетку, чтобы он замолчал. Голос внутреннего альфы начинал действовать мне на нервы. Все жужжал и жужжал, и жужжал. Закрыв глаза, я пытался сосредоточиться на шуме далёкого синего океана, представить себя плывущим на корабле где-то далеко-далеко. Ненавистные чайки кричали над моей головой, соленый ветер бил в лицо, а остров все отдалялся и отдалялся. А вместе с ним Василиса. Волкова. Пришлось распахнуть глаза снова.