– Ой! – я вскрикнула от неожиданности. – Я... Я...
– Да, я вижу, Василиса. Все же ворвалась ко мне в ванную, – произнес он совсем не раздражённо.
Да. Альфа выглядел так, будто этого и ждал, будто лишь потому принимал душ в одежде. Сказать ему: «спасибо» за заботу? Щеки мои запылали ещё ярче, я чувствовала, как горит лицо. Александр пригладил назад свои короткие белые волосы и выключил воду. Я видела, как мокрая ткань липнет к его коже, как проступают очертания мышц: его стальная грудь, подтянутый живот, сильные руки. Котов походил на древнегреческую статую, на идею сверхчеловека, а не на живое существо. Может... Может, просто все альфы такие? Я сглотнула слюну, скопившуюся под языком. Сердце начало биться громче и быстрее, когда я поняла, что альфа выходит из душа и направляется в мою сторону. Вода капала прямо на пол, но охотник не обращал никакого внимания. Он действительно походил на дикого кота, а я точно превратилась в растерянную птичку, слишком завороженную опасностью, чтобы улететь прочь.
– Я... – ничего не шло мне на ум, никаких оправданий этому не было. – Прости ещё раз, я просто услышала шум, и я... Я думала, что тут возятся мыши или даже крысы.
– Как интересно получилось… А здесь только я, – Котов сделал шаг вперёд, он смотрел на меня, не отводя взгляда. – Только я и ты, Василиса.
– Д-да, – нервно ответила я. – Я пойду обратно.
– Пойдешь, – ответил он тише, и во взгляде альфы было что-то нездоровое. – В свою комнату.
Я так и собиралась, но после его «команды» ноги точно перестали меня слушаться. Теперь он руководил моим телом, он решал, куда я пойду в следующую секунду, чем займусь. Коленки подогнулись, но я собрала в кулак волю и попятилась назад. Все, что я могла сделать. Омега испуганно замолчала, зажала рот своими маленькими ладошками, и наблюдала со стороны. Восторженно, словно на лучшем спектакле. Альфа шел за мной медленно, и губы его растянулись в хищной улыбке, он загонял меня... В гнездо. Я вспомнила все, что когда-то читала об этом: альфа и омега проводят в гнезде весь период течки, и альфа не дает самке уйти, пока та не забеременеет. Ведь если течная омега уйдет, ее может оплодотворить кто-то другой… Мурашки снова побежали по плечам, но я не могла найти в себе сил, чтобы рвануть в сторону лестницы. Я просто не могла решиться ослушаться, физически не могла. «Мне нужны мои таблетки, мои таблетки», – подумалось мне. Спиной я прижалась к закрытой двери, и дверь эта вела в мою спальню. Пока я тщетно пыталась нащупать ручку, альфа прижался ко мне своим мокрым после душа животом и, не разрывая зрительного контакта, открыл дверь.
– Ой, – растерянно пискнула я, тут же повалившись назад.
Но охотник поймал меня, обхватил рукой мою талию. Какая же огромная у него ладонь... И какая она была мокрая. Какая-то часть меня хотела скинуть с себя эту руку, начать брыкаться и вопить, что есть мочи, но другая боялась сказать и слово. Альфа действовал почти гипнотически, как питон из диснеевского мультфильма о Маугли. Я чувствовала лишь, что от страха меня начало мелко трясти. Охотник поднял меня над полом и отнес в кровать, бросил на гладко расстеленные простыни. Я не успела сориентироваться, не успела подняться, как он уже навис надо мной. С его головы, с его тела, с трусов и футболки стекала вода, и я чувствовала, что теперь и моя одежда пропитана этой влагой. Я зажмурилась на секунду, но после снова открыла глаза, встретилась взглядом с альфой и замерла, понимая, что именно чувствую. Его стояк упирался в мой приоткрытый живот: лонгслив задрался, обнажая кожу.
– Пожалуйста, – только и смогла я произнести, не вполне понимая, о чем именно буду просить дальше.
– Пожалуйста, что, Василиса? – он дразнился, наслаждался процессом. – Пожалуйста, трахнуть тебя? – как же пошло это звучало.
– Нет, я не, – я снова пыталась оправдаться, и жар все нарастал, захватывал себе больше кожи. – Я не хотела ничего такого, я просто...
– Не хотела? – он издевательски выгнул брови, очень нехарактерный жест для такого холодного и сдержанного обычно человека. – Не пытайся меня обмануть, Василиса. Я ведь чую твой запах, – он прижимался все плотнее, и вода стекала вниз, пропитывала мою одежду. – Течка. Ты хочешь меня.